Aug. 20th, 2017

mbla: (Default)
А по вечерам у нас культурная программа.

Вчера мы долго искали в сети песню про Марусю, ту, которая то ли отравилась, то ли в грудь себе вонзила шашнадцать столовых ножей. Я была убеждена, что Маруся загадочным образом сумела и в грудь себе вонзить, и отравиться. Мало того, «на стол Марусю ложат шашнадцать штук врачей, и каждый врач ей ножик вытаскивает из плечей». Увы, интернет надежд не оправдал, там было много вариантов песни про Марусю, но моего не нашлось. Все сетевые версии оказались скучными, – либо она отравлялась, либо ножики вонзала, и никто их из плечей не вытаскивал.

Потом мы поискали песню про раввина и дочку Енту, но тоже ушли несолоно хлебавши.

Не нашли мы той прекрасной версии, которую пели родители, и которую Машка по Юлькиной просьбе вдумчиво исполняет в каждый свой приезд.

Сегодня за завтраком мы обратились к классике и обнаружили, что мы не помним целиком на семерых «Сказку о царе Салтане». Так что сегодня после ужина мы будем её читать вслух.

Потом и сказку о Мёртвой царевне прочтём.

А завтра, глядишь, перейдём к операм. Бегемот будет пиковой дамой, Славка – Германом, а Нина – Лизой, мы её нарядим в ласты, чтоб удобней было топиться в Зимней канавке.

А кроме того, сегодня мне повезло – я наконец повстречалась с осьминогом, который захотел со мной дружить. Он был неглубоко, над песком, размером был с большое блюдце, если щупалец не щитать, и за ним плавала рыбка-подружка. Осьминог был повышенной разноцветности – и красный, и жёлтый, и зелёный, и синий. Я к нему подныривала, когда он распластывался на песке, и он не возражал, потом мы вместе плыли, – я над ним, и рыбка у него в хвосте. Потом он опять ложился на песок, и я опять подныривала. Минут пятнадцать мы вместе плавали, потом я с ним распрощалась – мы повстречались уже в конце моего плаванья, почти на пляже, где я входила в воду за три часа до встречи с ним, и из-за ветра по спине я начала подмерзать.

Мурену я тоже встретила. Она глядела на мир из-под камня. Но мне не удалось донырнуть до неё, чтоб уговорить её разинуть зубастый недружелюбный рот.
От лета осталась последняя неделя.
mbla: (Default)
По-моему, чудесно. Получилось так, как и должно быть в адекватном переводе - новая жизнь на другом языке. Другая жизнь. А тут не только перевод, ещё ведь исполнение - перекличка.

Я очень рада за Окуджаву.

mbla: (Default)
Книжка несомненно хорошая. И при этом у меня осталось от неё удивительно тягостное ощущение.

Печальных книг на свете куда больше, чем весёлых. Это естественно. И книг о безнадёжности тоже много. Но не все ложатся камнем на душу.

Я уже некоторое время назад её закончила, но всё вспоминаю её с тяжёлым чувством, пытаюсь понять, почему она мне показалась такой тягостной.

Причём, сосало под ложечкой не только, когда я плыла по основному её течению – по Москве девяностых, но и от матрёшечно вложенного рассказа про самозванца Анкудинова, и от её отдельного ручья, текущего по Монголии.

Обречённость в той или иной форме – естественная часть жизни, она попросту в неизбежности смерти заложена. Но у Юзефовича, по крайней мере, в моём от него ощущении, совершенно забываешь, что между рождением и смертью дорога хорошая. Я, читая, вспомнила старый анекдот, тот, где после того, как двое глуповатых сыновей наступили в сенях на грабли, выходит в сени умный третий сын и наступает на грабли не безмолвно, а со словами «чему быть тому не миновать».

September 2017

S M T W T F S
     1 2
34 5678 9
10 11 1213 14 1516
171819 20 2122 23
24252627282930

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 23rd, 2017 11:02 am
Powered by Dreamwidth Studios