![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Эта осень просвечена насквозь. Бьёт в сощуренные без тёмных очков глаза.
В капли на мокрой зелёной траве.
Глядишь на просвет – в витраж, в горящие рыжим сухие папоротники, в лимонную прозрачность берёз.
Чёрный мохнатый бычок, расставив длинные рога, стоял посреди луга, и издали было видно, какой у него мокрый нос – как у Кати, и пар у него изо рта шёл вверх – в слегка разреженный светлый воздух.
Вспучилась земля и через пахучие устилающие её листья вдруг прорвались грибы. Полчища моховиков, выстроенные по ранжиру, беспорядочные сборища маслят. Изредка белые – одинокие красавцы-филозоффы. Мухоморы, с которых кое-где отвалились когда-то аккуратно проставленные точечки.
Только недавно их не было, и вот они выскочили, пробились через мох и листья.
И кажется, что этот мир с пузырями в ручье, с осенним бледным клевером, с цветущим дроком силится сказать нам что-то очень важное.
Может быть, даже эта чайка, с криком пролетающая над лесом вдали от моря...
Что всё повторяется, что нам, невечным, ходящим по краю пропасти, остаётся только глядеть во все глаза – и запоминать, и утешаться, и стараться радоваться...
В капли на мокрой зелёной траве.
Глядишь на просвет – в витраж, в горящие рыжим сухие папоротники, в лимонную прозрачность берёз.
Чёрный мохнатый бычок, расставив длинные рога, стоял посреди луга, и издали было видно, какой у него мокрый нос – как у Кати, и пар у него изо рта шёл вверх – в слегка разреженный светлый воздух.
Вспучилась земля и через пахучие устилающие её листья вдруг прорвались грибы. Полчища моховиков, выстроенные по ранжиру, беспорядочные сборища маслят. Изредка белые – одинокие красавцы-филозоффы. Мухоморы, с которых кое-где отвалились когда-то аккуратно проставленные точечки.
Только недавно их не было, и вот они выскочили, пробились через мох и листья.
И кажется, что этот мир с пузырями в ручье, с осенним бледным клевером, с цветущим дроком силится сказать нам что-то очень важное.
Может быть, даже эта чайка, с криком пролетающая над лесом вдали от моря...
Что всё повторяется, что нам, невечным, ходящим по краю пропасти, остаётся только глядеть во все глаза – и запоминать, и утешаться, и стараться радоваться...