«Тем, кто в чащах готических не был...»
Когда-то у Бируте Галдикас я прочитала, что тропический лес – огромный собор. И пусть там живут чудовищные пиявки, жуткие мухи, – всё равно...
У Гауди колонны – пальмы.
А в соборе в Кордове, выросшем из мечети, – прохладный сумеречный лес колонн.
Вечером в нашем лесу гулкая тишина. «Так тихо, что не слышно слов».
Даже собака Таня в этом торжественном затаившемся мире жалась ко мне, не нарезала, размахивая ушами, скоростных кругов.
Дорожка в овраг – туннель без крыши – со стенок скалилась рыжая с закатной кровью глина.
Заросли уже отцветшего косматого иван-чая, малина-ежевика-крапива, почти совсем сомкнулись кусты над узенькой тропинкой наверх, где когда-то кролик Нюше под лапы бросился. Уши метнулись – и в норку.
Вдруг под кустом ежевики материализовался дяденька в приличных штанах и с портфелем, – с работы шёл, ежевику ел. Увы, грязно-белый бес заметил его раньше меня, и не успела я предотвратить счастливых объятий.
Первый осенний звук – дробь падающих желудей – ещё редкая – недели через две будут канонады.
«А этот грохот пробивает листву – жёсткий ливень из желудей»
Неподвижные каштановые стволы – тёмные – с живыми золотыми зайцами – они неспешно спускаются по стволам. Насквозь просвеченный воздух над широкой аллеей. На земле пёстрые через папоротники солнечые лужи.
Васька с Катей впереди, покачивается чёрный хвост...
...
Когда мы с Таней вышли на улицу, свет уже стелился по траве...
У Гауди колонны – пальмы.
А в соборе в Кордове, выросшем из мечети, – прохладный сумеречный лес колонн.
Вечером в нашем лесу гулкая тишина. «Так тихо, что не слышно слов».
Даже собака Таня в этом торжественном затаившемся мире жалась ко мне, не нарезала, размахивая ушами, скоростных кругов.
Дорожка в овраг – туннель без крыши – со стенок скалилась рыжая с закатной кровью глина.
Заросли уже отцветшего косматого иван-чая, малина-ежевика-крапива, почти совсем сомкнулись кусты над узенькой тропинкой наверх, где когда-то кролик Нюше под лапы бросился. Уши метнулись – и в норку.
Вдруг под кустом ежевики материализовался дяденька в приличных штанах и с портфелем, – с работы шёл, ежевику ел. Увы, грязно-белый бес заметил его раньше меня, и не успела я предотвратить счастливых объятий.
Первый осенний звук – дробь падающих желудей – ещё редкая – недели через две будут канонады.
«А этот грохот пробивает листву – жёсткий ливень из желудей»
Неподвижные каштановые стволы – тёмные – с живыми золотыми зайцами – они неспешно спускаются по стволам. Насквозь просвеченный воздух над широкой аллеей. На земле пёстрые через папоротники солнечые лужи.
Васька с Катей впереди, покачивается чёрный хвост...
...
Когда мы с Таней вышли на улицу, свет уже стелился по траве...
no subject
Не знаю, как кролики, еще спаниели умеют размахивать ушами, что очень забавно в сочетании с их короткими ножками.
Если случиться- обязательно захвачу неприличные штаны:)
no subject
no subject
no subject
Ещё б, у спаниелей уши побольше пуделиных будут! :-)))
Конечно, случится, и конечно, надо захватить "лесные" штаны - иначе приличные в неприличные сразу превратятся
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
no subject
И завтра у меня ( нет, уже сегодня) именины - бабушка говорила - праздник Натальи ветреницы.. Так что до завтра дорогая... ( задумчиво) Лондон...
no subject
no subject
no subject
Так что с октября собираюсь жить там, а вот, что дома будет твориться - даже думать не хочу.
Пусть это будут не мои проблемы
no subject
no subject
Есть, - ответил он, - я вам сейчас покажу.
И вот, когда мы пришли туда - я поняла, что там совершенно мое жилище - до всего близко, а при этом тишина - подъезд - только мой, лестница, на которой можно посидеть, комната нормальная, и огромный балкон - огромный - со столами, креслами, тентом.... Я тебе потом пришлю фотографии. Жить там можно с первого октября, первый раз нужно заплатить дважды - посреднику сейчас, хозяину в октябре, го оно того стоит - вот совершенно мое жилье. А для житья мне ведь много не надо - ем, мало, не создаю из еды культа, и в принципе - мне это все равно. А вот место - не все равно.
Дома еще ничего не знают - Леха в отъезде, маменька в самоупоении. Чего же я буду им мешать. Лучше, уж дождаться переезда. а там будь, что будет, и делай, что должно
Но не кидай свою жизнь под чужие ноги
no subject
А нам с тобой надо опять найтись!