![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
Шуршит почти зелёный тополь за окном, шлёпает серый дождик.
Удивительно, сколько листьев на одном дереве – под ногами ковёр, а поднимешь голову, вроде бы и тополь не полысел.
Ко мне сегодня щенок мопса на лекцию забежал.
Моя любимая аудитория выходит в сад. Дверь открыта, коты заходят нередко, и всегда краем глаза, даже не отрываясь от доски, я ощущаю за окном траву и деревья. Сороки прилетают, сойки.
За щенком прибежала смущённая секретарша, у которой он вырвался.
Шлёпанье, шуршанье, фонари горят по утрам, свет фар отражается от мокрой мостовой.
Осень, братцы, осень. Ещё одна.
Удивительно, сколько листьев на одном дереве – под ногами ковёр, а поднимешь голову, вроде бы и тополь не полысел.
Ко мне сегодня щенок мопса на лекцию забежал.
Моя любимая аудитория выходит в сад. Дверь открыта, коты заходят нередко, и всегда краем глаза, даже не отрываясь от доски, я ощущаю за окном траву и деревья. Сороки прилетают, сойки.
За щенком прибежала смущённая секретарша, у которой он вырвался.
Шлёпанье, шуршанье, фонари горят по утрам, свет фар отражается от мокрой мостовой.
Осень, братцы, осень. Ещё одна.
