Чужие картины

Когда я смотрю на нагло развалившуюся в кресле Гришку, я вспоминаю о коте, про которого мне рассказывал tarzanissimo.

Кот жил на самом берегу Белого моря у учителя физики. Выступал торжественно, подняв хвост и горделиво сверкая яйцами.

Учитель вечно делал ему замечания: «Опусти хвост, непорядок»

А кот, по словам tarzanissimo, любил ходить по отливу в море – на промысел. Собирал в лужицах морских тварей.

Я никогда не была на Белом море, но так легко могу увидеть громадного полосатого серого котяру, который медленно уходит – хвост трубой – по очень светлому песку, в котором сияют отливные лужи, к мелкой волне, накатывающей с пеной где-то-там, далеко.

Чужие картины

Когда я смотрю на нагло развалившуюся в кресле Гришку, я вспоминаю о коте, про которого мне рассказывал tarzanissimo.

Кот жил на самом берегу Белого моря у учителя физики. Выступал торжественно, подняв хвост и горделиво сверкая яйцами.

Учитель вечно делал ему замечания: «Опусти хвост, непорядок»

А кот, по словам tarzanissimo, любил ходить по отливу в море – на промысел. Собирал в лужицах морских тварей.

Я никогда не была на Белом море, но так легко могу увидеть громадного полосатого серого котяру, который медленно уходит – хвост трубой – по очень светлому песку, в котором сияют отливные лужи, к мелкой волне, накатывающей с пеной где-то-там, далеко.