(no subject)
Sep. 27th, 2011 06:18 pmВчера в тюлевых полупрозрачных сумерках я подходила к дому, окутанная дышащим живым теплом – такой была моя первая парижская осень – тепло медлило, длилось дольше, чем свет. Двадцать четыре года назад в октябре в темноте я шла по вечернему Сен-Мишелю в футболке и думала – лёгкая тут осень – темно и тепло.
Вот и сейчас – дни укорачиваются, как наступают приливы на Ламанше – со скоростью галопирующей лошади.
Сначала незаметно, – и вдруг в 8 сумерки.
Но тепло – утешающе трогает за плечо.
Плыла вчера по текущему городу – раздвигала чужую жизнь – столики, жесты, встречи, и светящееся в бокалах пиво – воскличательными знаками.
Рыбками разноцветными за стенками аквариума – эти жесты, поцелуи.
А когда шла от автобуса к дому, услышала откуда-то с высоты звонкое, пронизывающее вечер курлыканье – подняла голову – над крышами летели две цапли – и радостно кричали – мы есть, мы тут – мне захотелось побежать за ними к пруду, но я удержалась, погладила ярко-красную бегонию в большом горшке – она гладкая и упругая наощупь – и зашла в подъезд – в свой вечер, в свою жизнь.
Вот и сейчас – дни укорачиваются, как наступают приливы на Ламанше – со скоростью галопирующей лошади.
Сначала незаметно, – и вдруг в 8 сумерки.
Но тепло – утешающе трогает за плечо.
Плыла вчера по текущему городу – раздвигала чужую жизнь – столики, жесты, встречи, и светящееся в бокалах пиво – воскличательными знаками.
Рыбками разноцветными за стенками аквариума – эти жесты, поцелуи.
А когда шла от автобуса к дому, услышала откуда-то с высоты звонкое, пронизывающее вечер курлыканье – подняла голову – над крышами летели две цапли – и радостно кричали – мы есть, мы тут – мне захотелось побежать за ними к пруду, но я удержалась, погладила ярко-красную бегонию в большом горшке – она гладкая и упругая наощупь – и зашла в подъезд – в свой вечер, в свою жизнь.