парижское

Лионель, заезжавший в понедельник пообедать, в результате чего в середине дня мы часа три пропиздели вместо того, чтоб работать, рассказал мне очень парижское. Историю он, правда,  услышал не from the horse mouth, а от мамы, которая накануне навещала младенца Базиля.

У многих парижан, как всем известно, есть любимые клошары (не путать с препротивными профессиональными попрошайками). Клошары – уличные люди – с собаками, реже с кошками, или с попугаями, с кой-каким нажитым скарбом проживают на избранных ими тротуарах, иногда вытягивая поперёк ноги, иногда развалясь на спальниках, постоянно попивая винцо.

И лионелья сестра-близняшка Сесиль – та, что очень преуспела, открыв издательство, выпускающее японские комиксы, а сейчас ещё и подростковую литературу, иногда переводную, – встретила неподалёку от дома новенького неизвестного ей клошара – и будучи расположенной к разговорам с незнакомцами, стала с ним болтать.

Клошар оказался англичанином – несколько лет назад он женился на француженке, и стали они жить в Париже. Через некоторое короткое время жена его бросила. Тогда он уехал в Англию, прожил там сколько-то и почему-то вернулся обратно в Париж.

Пока жил он с женой, работал он переводчиком. С английского.

Почему в Париж он перебрался именно на клошарские хлеба, история умалчивает – наверно, Сесиль знает, но лионелья мама этого не рассказала.

Сесиль, поговорив с клошаром по-английски, взяла у него мэйл (оказывается, приличные клошары не без телефонов!) и сказала, что пришлёт ему страничку для перевода – посмотрит, что можно придумать. Ей-то, конечно, нужны переводчики на французский, и чтоб французский родной, но может, кому-нибудь из знакомых переводчик на английский понадобится, – в общем, сочла, что и клошару не грех поработать – не всё мостовую пролёживать и из горлА вино пить... И новый знакомец даже с ней согласился.