![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Jul. 5th, 2021 03:35 pmЗасухи не будет – я всегда говорю – когда летом дождь идёт.
Нам уже давно сказали, что в долгосрочном прогнозе лето нежаркое. Ну что ж – жара ушла в чужие края.
А дожди по-доброму к нам относятся – за ужином поздним вечером колотят по крыше веранды, да так, что не слышно друг друга, потом ночью шуршат в саду. Днём, ранним вечером – гуляй-не хочу. А зелень, а цветы, а папоротники в человечий рост ¬– вот-вот динозавр выскочит, или попросту вылетит, поскольку мы уже знаем, что птицы – те же динозавры.
И картошка уродилась – только выкопанная, с огорода Роже, она пахнет упоительно и напоминает о малосольных огурцах со сметаной и рассолом.
Нас теперь много – с девочкой Мармотом-Софи, которой послезавтра 16 месяцев, и которая за ужином сидит на высоком стуле во главе стола, с Таней, которая знает козырное место за ужином – под высоким стулом, с Гришей, которая девочки-Мармота очень боится, что не мешает ей шипеть на неё со страху и показывать когтистую лапу, с Колькой, Юлькой, Юрой, Бегемотом и мной получается аж семеро.
И убегает лето – на мягких лапах, проливаясь дождиками, катясь по стёклам веранды каплями, солнцем из дырок в облаках, тянется вечерами, вырвиглазно сверкает вереском на склонах…
И непонятно почему отзывающимися мелочами относит ещё к каким-то летам, дальним-ближним, щекочет памятью о солнечных вечерах…
Мой московский дядюшка, приехав ко мне в гости в Париж, тыкал себя в грудь и восклицал: «Мне 70?!!!!! Мне?!!!». До этой странной цифры я ещё не дошла – семёрка и нолик за нею. Но неужто смоляные брёвна, серенький залив сквозь сосны, крошечная рыбёшка-колюшка в песчаных ямках – шесть с ноликом лет назад?
Нам уже давно сказали, что в долгосрочном прогнозе лето нежаркое. Ну что ж – жара ушла в чужие края.
А дожди по-доброму к нам относятся – за ужином поздним вечером колотят по крыше веранды, да так, что не слышно друг друга, потом ночью шуршат в саду. Днём, ранним вечером – гуляй-не хочу. А зелень, а цветы, а папоротники в человечий рост ¬– вот-вот динозавр выскочит, или попросту вылетит, поскольку мы уже знаем, что птицы – те же динозавры.
И картошка уродилась – только выкопанная, с огорода Роже, она пахнет упоительно и напоминает о малосольных огурцах со сметаной и рассолом.
Нас теперь много – с девочкой Мармотом-Софи, которой послезавтра 16 месяцев, и которая за ужином сидит на высоком стуле во главе стола, с Таней, которая знает козырное место за ужином – под высоким стулом, с Гришей, которая девочки-Мармота очень боится, что не мешает ей шипеть на неё со страху и показывать когтистую лапу, с Колькой, Юлькой, Юрой, Бегемотом и мной получается аж семеро.
И убегает лето – на мягких лапах, проливаясь дождиками, катясь по стёклам веранды каплями, солнцем из дырок в облаках, тянется вечерами, вырвиглазно сверкает вереском на склонах…
И непонятно почему отзывающимися мелочами относит ещё к каким-то летам, дальним-ближним, щекочет памятью о солнечных вечерах…
Мой московский дядюшка, приехав ко мне в гости в Париж, тыкал себя в грудь и восклицал: «Мне 70?!!!!! Мне?!!!». До этой странной цифры я ещё не дошла – семёрка и нолик за нею. Но неужто смоляные брёвна, серенький залив сквозь сосны, крошечная рыбёшка-колюшка в песчаных ямках – шесть с ноликом лет назад?
