Ещё киношное.
May. 20th, 2020 11:14 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaКогда-то, если и не сто лет назад, дык сорок, и в прошлом, между тем, веке жили мы с Бегемотом в Америке, в городе Провиденсе – столице Род-Айленда – самого маленького штата – просто как мелкое королевство из итальянских сказок, например, то, на которое из-за дерева, выросшего в соседнем королевстве, упала вечная тень. Возле кампуса жили – среди пригородных домиков с газончиками – в многоквартирном двухэтажном доме.
Главная улица кампуса называется Thayer street – там всякие магазинчики, кофе-хаусы и ещё киношка.
И показывали в этой киношке два фильма в цену одного, и часто европейские фильмы шли. Обычно из двух фильмов мы хотели, на самом деле, посмотреть один, но шли, конечно же на оба, – эмигрантская жадность первых лет.
Как-то раз посмотрели мы там фильм « Chère inconnue » с немолодой Симоной Синьоре в главной роли. Мне он понравился, но дело было давно. И вот захотелось его пересмотреть.
Поставил этот фильм Moshé Mizrahi – сходив в Википедию я узнала, что он родился в Александрии, но в 46-ом году в 15 лет перебрался с родителями в Палестину. Израильтянин, жил в Тель-Авиве, преподавал в тель-авивском универе и почему-то часть фильмов снял во Франции. Впрочем, у одного из наших математиков, по происхождению, египетского еврея, родной язык французский. И он мне говорил, что это частая ситуация у египетских евреев.
Я помнила, что действие происходит в приморском городке, и, как мне казалось, я помнила сюжет. На самом деле, помнила я его неправильно. Ну, да не в этом дело.
Действие, в основном, вообще не в городке, а в доме над обрывом, над морем, и только немножко в городке, – а ещё на приморской тропе и на отлИвном пляже...
Начинается фильм с того, что герой глядит в окно в подзорную трубу. И – я немедленно узнала скалы, пляж, на который он глядит – нет, назвать сходу место по имени я не могла – только видела, что это родной, а тогда, в восьмидесятом году, совершенно ещё незнакомый мне Финистер, и не просто Финистер, а – знаю я именно эти скалы, именно этот пляж... Потом место в фильме называют – Sainte Anne de la Palud – хутор в несколько домов – и я тут же хлопнула себя по лбу – и узнала серый каменный дом над морем, где живут герои. Мимо него проходит тропа, по ней герои идут на пикник, и мы по ней ходили, и не один раз...
Фильм очень неплохой. Любящим французское реалистическое кино – о людях-человеках с сочувствием и любовью – вполне стоит посмотреть. Ну, и ради бретонских просторов...
Снят он по книжке. Я пошла в Википедию, поглядеть, что это за книжка – она оказалась английской – « I sent a letter to my love ». Действие в книжке происходит в Уэльсе, в Кардифе. Ну, что ж логично – заменить Уэльс на Бретань – приморские кельтские отчасти родственные места.
И прочитала я биографию авторицы книжки – Bernice Rubens, которая в Википедии начинается с истории её отца. Литовский еврей собрался в начале 20-го века в Америку. Купил билет на пароход, но его обманул какой-то мошенник, и билет его оказался недействительным. Его высадили в Кардифе, где он и остался – фиг с ней, с Америкой. Женился на польской еврейке, тоже оказавшеся какими-то судьбами в Кардифе. Все дети стали музыкантами, кроме вот одной, ставшей писательницей.
На историю эту можно с двух сторон поглядеть – с одной – «евреи, всё евреи, кругом одни евреи», а с другой – как же славно перемешан мир!
Главная улица кампуса называется Thayer street – там всякие магазинчики, кофе-хаусы и ещё киношка.
И показывали в этой киношке два фильма в цену одного, и часто европейские фильмы шли. Обычно из двух фильмов мы хотели, на самом деле, посмотреть один, но шли, конечно же на оба, – эмигрантская жадность первых лет.
Как-то раз посмотрели мы там фильм « Chère inconnue » с немолодой Симоной Синьоре в главной роли. Мне он понравился, но дело было давно. И вот захотелось его пересмотреть.
Поставил этот фильм Moshé Mizrahi – сходив в Википедию я узнала, что он родился в Александрии, но в 46-ом году в 15 лет перебрался с родителями в Палестину. Израильтянин, жил в Тель-Авиве, преподавал в тель-авивском универе и почему-то часть фильмов снял во Франции. Впрочем, у одного из наших математиков, по происхождению, египетского еврея, родной язык французский. И он мне говорил, что это частая ситуация у египетских евреев.
Я помнила, что действие происходит в приморском городке, и, как мне казалось, я помнила сюжет. На самом деле, помнила я его неправильно. Ну, да не в этом дело.
Действие, в основном, вообще не в городке, а в доме над обрывом, над морем, и только немножко в городке, – а ещё на приморской тропе и на отлИвном пляже...
Начинается фильм с того, что герой глядит в окно в подзорную трубу. И – я немедленно узнала скалы, пляж, на который он глядит – нет, назвать сходу место по имени я не могла – только видела, что это родной, а тогда, в восьмидесятом году, совершенно ещё незнакомый мне Финистер, и не просто Финистер, а – знаю я именно эти скалы, именно этот пляж... Потом место в фильме называют – Sainte Anne de la Palud – хутор в несколько домов – и я тут же хлопнула себя по лбу – и узнала серый каменный дом над морем, где живут герои. Мимо него проходит тропа, по ней герои идут на пикник, и мы по ней ходили, и не один раз...
Фильм очень неплохой. Любящим французское реалистическое кино – о людях-человеках с сочувствием и любовью – вполне стоит посмотреть. Ну, и ради бретонских просторов...
Снят он по книжке. Я пошла в Википедию, поглядеть, что это за книжка – она оказалась английской – « I sent a letter to my love ». Действие в книжке происходит в Уэльсе, в Кардифе. Ну, что ж логично – заменить Уэльс на Бретань – приморские кельтские отчасти родственные места.
И прочитала я биографию авторицы книжки – Bernice Rubens, которая в Википедии начинается с истории её отца. Литовский еврей собрался в начале 20-го века в Америку. Купил билет на пароход, но его обманул какой-то мошенник, и билет его оказался недействительным. Его высадили в Кардифе, где он и остался – фиг с ней, с Америкой. Женился на польской еврейке, тоже оказавшеся какими-то судьбами в Кардифе. Все дети стали музыкантами, кроме вот одной, ставшей писательницей.
На историю эту можно с двух сторон поглядеть – с одной – «евреи, всё евреи, кругом одни евреи», а с другой – как же славно перемешан мир!
