(no subject)
Nov. 23rd, 2022 02:07 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaПочти месяц назад умерла Таня Бен, жена Жорки Бена, бессменного свидетеля на всех Васькиных свадьбах, кроме нашей с ним, товарища по переводческому семинару Татьяны Григорьевны Гнедич.
У Васьки почти половина жизни прошла в Париже, у Тани с Жоркой – в Лондоне. Они оба работали на Бибиси. Сначала в новостных программах, а в последние годы перед пенсией Таня – в программе Севы Новгородцева «Севаоборот». Мы с Васькой однажды пришли в гости в эту программу – Ваську пригласили разговаривать про литературные переводы, ну, и меня уж заодно.
Мы дружили с Таней – весёлой, резкой, очень живой. Последний раз мы с ней гуляли по Парижу летом 19-го. Шли по нижней набережной среди людей – кто пешком, кто на роликах, кто на велосипедах – с детьми, с собаками, – скатёрки на асфальте, – выпивают-закусывают – и за столиками выпивают-закусывают, и в шезлонгах, глядя в небо, болтают, развалясь. Когда мы проходили мимо пинг-понговых столов, обе с завистью поглядели на летающий шарик – Таня сказала, что в универе была чемпионкой по пинг-понгу, на сборы ездила, на соревнования.
Потом наступил ковид, и раза три, когда мы с Таней договаривались, что она приедет, границы закрывали.
Уйдя на пенсию, Таня пару-тройку раз в неделю работала (бесплатно, естественно) в книжном магазине, принадлежащем Oxfam. Организацию эту она не любила за плохое отношение к Израилю, а в последние годы и вообще за свойственное многим нынешним ONG лукавство. Но в магазине работала весело. Людей видела разных, болтала с ними, с книжками возилась. Да и вообще – ну, как не работать?
Когда-то после того, как несколько лет Таня лечилась от рака, она мне сказала, что старость – это только болезни. Пока здоров, – молод. Она вернулась в молодость. Каталась каждый год на лыжах, по миру разъезжала. Уже после Жоркиной смерти побывала в джунглях на Амазонке.
Однажды я от неё услышала, что её любимый континент – это Африка, и когда она туда попадает, ей кажется, что роднят её с Африкой какие-то не объяснимые логикой связи. А ещё говорила, что, умирая, хотела бы увидеть самое прекрасное виденное в жизни – как на мысе Доброй Надежды сходятся два океана – Атлантика и Индийский, и как они не сливаются, а разделены чёткой границей – разного цвета вода.
Таня приехала ко мне вскоре после смерти Васьки, мы встретились в моём любимом кафе напротив Нотр-Дам, где по вечерам музыка. Она прямо с вокзала, я с работы. Вошла, катя за собой чемодан на колёсиках, стала оглядываться, я её заметила первой. Таня села за столик и сказала, что она меня не узнала, и что это нормально. Жорка умер за несколько лет до того, она-то знала. Изменяются ли портреты, когда человек умирает…
Таня курила как паровоз, иногда жаловалась, что курильщиков травят – вот она уже и в собственной квартире не имеет права курить – «уж лучше бы они попросту курить запретили, и я б тогда, как законопослушная, решила, буду я нарушать и штрафы платить, или подчинюсь». До брекзита она раз в год ездила в Вену и закупалась там сигаретами, заодно и по Вене гуляла.
С младшими друзьями-родственниками (у Тани была, как наша мама говорила, «родственная жилка») она пару раз летом сплавлялась на корабликах через шлюзы по бургундскому каналу, по Лоту.
Она умерла молодой в 82 года, собиралась зимой на лыжах и в Париж тоже зимой собиралась. Полушутливо обижалась на меня за то, что я не приезжаю в Лондон. «От Лондона до Парижа столько же, сколько от Парижа до Лондона». Я отговаривалась работой, собакой, – но, конечно, мне было лень ехать в Лондон, всегда хотелось, чтоб лучше она в Париж.
Мы постоянно спорили, – в основном, о наших с ней разных странах, об европейской политике. О современности. О социальном.
Таня посоветовала мне несколько ставших мне очень важными книг. Наверно, прежде всего «Стоунера».
В последний раз мы болтали по телефону в конце сентября. Таня выговаривала мне за то, что я не позвонила ей по случаю смерти королевы. Я страшно удивилась. У меня по поводу английских королевских дел всегда было только неприязненное недоумение – нафиг они нужны короли-то, и какое мне до них дело – «где ты была сегодня, киска?». А Таня – обиделась, что я не понимаю, что для неё, вполне англичанки, смерть королевы – личное событие. Долго болтали, как обычно мы с ней, – примерно обо всём на свете…
Договорились, что до Парижа она доедет вскоре после Нового года, до лыж…
https://mbla.livejournal.com/1027511.html
https://www.bbc.com/russian/news-63419732
У Васьки почти половина жизни прошла в Париже, у Тани с Жоркой – в Лондоне. Они оба работали на Бибиси. Сначала в новостных программах, а в последние годы перед пенсией Таня – в программе Севы Новгородцева «Севаоборот». Мы с Васькой однажды пришли в гости в эту программу – Ваську пригласили разговаривать про литературные переводы, ну, и меня уж заодно.
Мы дружили с Таней – весёлой, резкой, очень живой. Последний раз мы с ней гуляли по Парижу летом 19-го. Шли по нижней набережной среди людей – кто пешком, кто на роликах, кто на велосипедах – с детьми, с собаками, – скатёрки на асфальте, – выпивают-закусывают – и за столиками выпивают-закусывают, и в шезлонгах, глядя в небо, болтают, развалясь. Когда мы проходили мимо пинг-понговых столов, обе с завистью поглядели на летающий шарик – Таня сказала, что в универе была чемпионкой по пинг-понгу, на сборы ездила, на соревнования.
Потом наступил ковид, и раза три, когда мы с Таней договаривались, что она приедет, границы закрывали.
Уйдя на пенсию, Таня пару-тройку раз в неделю работала (бесплатно, естественно) в книжном магазине, принадлежащем Oxfam. Организацию эту она не любила за плохое отношение к Израилю, а в последние годы и вообще за свойственное многим нынешним ONG лукавство. Но в магазине работала весело. Людей видела разных, болтала с ними, с книжками возилась. Да и вообще – ну, как не работать?
Когда-то после того, как несколько лет Таня лечилась от рака, она мне сказала, что старость – это только болезни. Пока здоров, – молод. Она вернулась в молодость. Каталась каждый год на лыжах, по миру разъезжала. Уже после Жоркиной смерти побывала в джунглях на Амазонке.
Однажды я от неё услышала, что её любимый континент – это Африка, и когда она туда попадает, ей кажется, что роднят её с Африкой какие-то не объяснимые логикой связи. А ещё говорила, что, умирая, хотела бы увидеть самое прекрасное виденное в жизни – как на мысе Доброй Надежды сходятся два океана – Атлантика и Индийский, и как они не сливаются, а разделены чёткой границей – разного цвета вода.
Таня приехала ко мне вскоре после смерти Васьки, мы встретились в моём любимом кафе напротив Нотр-Дам, где по вечерам музыка. Она прямо с вокзала, я с работы. Вошла, катя за собой чемодан на колёсиках, стала оглядываться, я её заметила первой. Таня села за столик и сказала, что она меня не узнала, и что это нормально. Жорка умер за несколько лет до того, она-то знала. Изменяются ли портреты, когда человек умирает…
Таня курила как паровоз, иногда жаловалась, что курильщиков травят – вот она уже и в собственной квартире не имеет права курить – «уж лучше бы они попросту курить запретили, и я б тогда, как законопослушная, решила, буду я нарушать и штрафы платить, или подчинюсь». До брекзита она раз в год ездила в Вену и закупалась там сигаретами, заодно и по Вене гуляла.
С младшими друзьями-родственниками (у Тани была, как наша мама говорила, «родственная жилка») она пару раз летом сплавлялась на корабликах через шлюзы по бургундскому каналу, по Лоту.
Она умерла молодой в 82 года, собиралась зимой на лыжах и в Париж тоже зимой собиралась. Полушутливо обижалась на меня за то, что я не приезжаю в Лондон. «От Лондона до Парижа столько же, сколько от Парижа до Лондона». Я отговаривалась работой, собакой, – но, конечно, мне было лень ехать в Лондон, всегда хотелось, чтоб лучше она в Париж.
Мы постоянно спорили, – в основном, о наших с ней разных странах, об европейской политике. О современности. О социальном.
Таня посоветовала мне несколько ставших мне очень важными книг. Наверно, прежде всего «Стоунера».
В последний раз мы болтали по телефону в конце сентября. Таня выговаривала мне за то, что я не позвонила ей по случаю смерти королевы. Я страшно удивилась. У меня по поводу английских королевских дел всегда было только неприязненное недоумение – нафиг они нужны короли-то, и какое мне до них дело – «где ты была сегодня, киска?». А Таня – обиделась, что я не понимаю, что для неё, вполне англичанки, смерть королевы – личное событие. Долго болтали, как обычно мы с ней, – примерно обо всём на свете…
Договорились, что до Парижа она доедет вскоре после Нового года, до лыж…
https://mbla.livejournal.com/1027511.html
https://www.bbc.com/russian/news-63419732
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2022-11-23 01:49 pm (UTC)И старость - это болезнь. И хорошо, если получается вернуться в молодость. Таня, мне кажется, была очень счастливым человеком. Чудесный. Я общалась с ней в Ленинграде, это было так хорошо и приятно... надеялась ещё с ней встретиться...
no subject
Date: 2022-11-23 02:45 pm (UTC)Я ее не знал, но ты хорошо написала...
RIP
no subject
Date: 2022-11-23 04:31 pm (UTC)no subject
Date: 2022-11-23 04:32 pm (UTC)no subject
Date: 2022-11-23 07:38 pm (UTC)Блин, нам по поводу войны далеко не все писали/звонили, от кого мы ожидали. А тут королева ))
no subject
Date: 2022-11-23 09:51 pm (UTC)Она умерла молодой в 82 года
Date: 2022-11-25 06:37 am (UTC)