(no subject)
May. 11th, 2023 11:11 amК нашим студентам на прошлой неделе приходил Etienne Klein – физик, философ науки, отличный популяризатор. Я его с удовольствием слушаю на France culture. А тут у нас в кампусе устроили «день науки» и его пригласили.
Удивительно оказался приятный человек, слушать его живьём было одно удовольствие.
Он говорил мягко, но неполиткорректно. И обращался к будущим инженерам.
Вот скажем обожаемое нынче всеми слово – innovation. Откуда оно взялось? Оказывается, слово-то юридическое, впервые появилось чуть ли не в конце средних веков и означало то, что нынче по-французски называется avenant – некоторое добавление к контракту, какое-то его изменение.
Оказывается, к технике его впервые применил Френсис Бэкон, и существует европейское соглашение 2010-го что ли года, которое Бэкону бы очень понравилось – фактически его языком оно утверждает, что при помощи innovations Европа должна обеспечить конкурентоспособность своих предприятий.
Вышло из моды слово «прогресс», слово innovation его фактически заменило, а смысл совсем разный, чуть ли не противоположный. Прогресс – про то, что можно чем-то пожертвовать в настоящем ради будущего. А innovation – про то, как слегка изменив существующее, приспособиться к новым условиям.
Клен предложил нашим будущим инженерам подумать о том, что, может быть, стоит вернуться к слову «прогресс» – не к слову – к понятию.
Ещё он говорил, что наука очень часто противоречит повседневному опыту. Галилей, утверждая, что перо и камень падают с одинаковом высоты за одно и то же время, если только про сопротивление воздуха забыть, не опытом руководствовался.
И про то, что в нынешние времена недоверия к науке люди путают science и recherche. Откуда и возникают разговоры, что можно иметь десять точек зрения на возникновение человека, или на существование атома.
Recherche – открытые вопросы, ответы на которые ищут. Если же ты считаешь, что атома нет, или что земля плоская, изволь создать доказательную непротиворечивую теорию, в которую уложатся все те факты, которые укладываются в существующую.
Так что не зря я сходила на работу – послушать Клена. Я туда обычно хожу на собственные очные занятия, или чтоб пообедать с кем-нибудь из коллег, ну, и иногда на какое-нибудь собрание, на котором можно и в тимсе поприсутствовать, но по правилам хорошего тона лучше появиться.
Удивительно оказался приятный человек, слушать его живьём было одно удовольствие.
Он говорил мягко, но неполиткорректно. И обращался к будущим инженерам.
Вот скажем обожаемое нынче всеми слово – innovation. Откуда оно взялось? Оказывается, слово-то юридическое, впервые появилось чуть ли не в конце средних веков и означало то, что нынче по-французски называется avenant – некоторое добавление к контракту, какое-то его изменение.
Оказывается, к технике его впервые применил Френсис Бэкон, и существует европейское соглашение 2010-го что ли года, которое Бэкону бы очень понравилось – фактически его языком оно утверждает, что при помощи innovations Европа должна обеспечить конкурентоспособность своих предприятий.
Вышло из моды слово «прогресс», слово innovation его фактически заменило, а смысл совсем разный, чуть ли не противоположный. Прогресс – про то, что можно чем-то пожертвовать в настоящем ради будущего. А innovation – про то, как слегка изменив существующее, приспособиться к новым условиям.
Клен предложил нашим будущим инженерам подумать о том, что, может быть, стоит вернуться к слову «прогресс» – не к слову – к понятию.
Ещё он говорил, что наука очень часто противоречит повседневному опыту. Галилей, утверждая, что перо и камень падают с одинаковом высоты за одно и то же время, если только про сопротивление воздуха забыть, не опытом руководствовался.
И про то, что в нынешние времена недоверия к науке люди путают science и recherche. Откуда и возникают разговоры, что можно иметь десять точек зрения на возникновение человека, или на существование атома.
Recherche – открытые вопросы, ответы на которые ищут. Если же ты считаешь, что атома нет, или что земля плоская, изволь создать доказательную непротиворечивую теорию, в которую уложатся все те факты, которые укладываются в существующую.
Так что не зря я сходила на работу – послушать Клена. Я туда обычно хожу на собственные очные занятия, или чтоб пообедать с кем-нибудь из коллег, ну, и иногда на какое-нибудь собрание, на котором можно и в тимсе поприсутствовать, но по правилам хорошего тона лучше появиться.