(no subject)

[mbla]

Отлив. Мы с Машкой идём по кромке воды, по плотному песку. Навстречу крошечная улитка ползёт, оставляя за собой узенький дрожащий туннель.

Людей почти нет, хоть и суббота. Но день полупасмурный, но купаться приятней в прилив, когда не надо как в Финском заливе брести бесконечно, чтоб в конце концов поплыть – где по пояс – вперёд, и почти сразу оказывается бездонно.

А люди, наверно, на набережной, за песчаным морем у разноцветных домов – оттуда доносятся обрывки музыки. Духовой оркестр? Вдруг кажется, когда солнце показывает кончик носа из-за облака, что сверкнула труба. И тут же пропала.

Вчера мы проходили мимо лужайки перед домом, где аж две трубы что-то наигрывали. Что ж – играл на трубе не один человек – двое играли – мужчина и женщина.

Мы брели и брели, чуть отдаляя минуту, когда надо будет всё ж залезть в не очень-то тёплую в последние несколько дней воду.

Вдруг послышались обрывки Bella Ciao и смолкли. Наверно, мы вышли из зоны слышимости, приблизившись к обнажившимся в отлив, подводным в прилив гротам.

А вода оказалась попросту тёплой. Качаясь на спине, я по очереди оглядывала трёх человек, на большом друг от друга расстоянии бредущих по мелководью. Каждый из них шёл, погружённый во что-то своё, одиноко шёл. О чём думает бредущий по щиколотку в воде человек, до которого доносятся обрывки далеко не сегодняшней музыки? Я вот подумала про оркестр на площади в Севилье в апреле 1999-го года. Я не помню, что именно они играли. Мы с Васькой пошли на дудочку и остановились в небольшой толпе. Перед музыкантами стояли пюпитры с нотами, и я увидела невероятно знакомое – замусоленные края папок и свисающие вниз тесёмочки. Подкралась – на нотах стояла печать – «волгоградский симфонический оркестр».
Далеко в море отдельно стоят скалы – а вот до них, интересно, сколько плыть? И сколько можно выдержать в 18-градусной воде?

Завтра в город. И там обещают три дня адовой жары – 34 градуса в понедельник, 37 во вторник, 36 в среду. Меня не сильно волнует жара, пока температура меньше, чем подмышкой – ну, жарко... А вот когда больше – почему-то кажется, что так будет вечно... Так что внутренне готовлюсь к вторнику. А в среду – в среду дождик – вроде не грозища с градом, а просто жаркий дождь – это нестрашно, это пусть.

Прощаемся на год с Бретанью – и год теперь – это такая очень страшная минута – раз, и проглотил крокодил его, и поминай, как звали, и упала песчинка, прошуршала предупреждающе, и капля всё камень точит, обращая его в песок.

Comments

[nahman.livejournal.com]

Хорошей дороги!