(no subject)

[mbla]

Сегодня умер Андрей Дмитриевич Михайлов.

Литературовед, медиевист, последние несколько лет председатель редколлегии Литературных Памятников.Он занимался самым разным - от артуровского цикла хоть английского, хоть французского до Пруста.

Мы дружили с ним и с его женой лингвистом Татьяной Михайловной Николаевой.

Познакомились мы лет 17 назад, когда в Лит. памятниках выходил "Мармион" Вальтера Скотта в переводе tarzanissimo. А.Д., будучи в Париже, нам позвонил и пришёл в гости. Он был у нас вместе с тогдашним председателем редколлегии Николаем Иванычем Балашовым, которому уже было немало лет. Мы славно болтали, с удовольствием выпивали, потом повезли наших гостей домой на машине, а наутро выяснилось, что Балашов забыл у нас, кажется, портфель.

Потом в Париже появилась Татьяна Михайловна и тоже к нам пришла.

Мы общались много, Михайловы бывали в Париже вместе и порознь каждый год по приглашению либо французской Академии Наук, либо какого-нибудь университета. Должны были приехать в июне и не приехали, потому что Татьяна Михайловна болела.

В нашем общении была лёгкая ироническая церемонность - имена-отчества у них и у tarzanissimo, который при них, трудно себе представить, не матерился. Это были очень родные нам люди. Мы разговаривали и о литературе, и о политике, и о собаках-кошках, и об общих знакомых. Сплетничали, пили вино. Ждали их приездов, и они любили у нас бывать. Иногда мы ездили куда-нибудь гулять на машине. Однажды в ноябре отправились в какой-то парижский пригород, забыла уже какой, глядеть на поместье, где бывал Пруст. Мы с tarzanissimo не помним, где это... А для А.Д., для которого Пруст - человек любимый, было важно. Мы глядели через забор в осенний парк с последними зябкими листьями, на закрытый дом.

Михайлов когда-то предложил tarzanissimo перевести "Сэра Гавейн с Зелёным рыцарем", который потом вышел в Лит. Памятниках. К Михайлову мы обратились, начав работать над Сильвией Плат, с предложением издать полное собрание её стихов... И Дилана Томаса мы тоже принесли Михайлову...

Я не была в Москве лет 18, но всегда с удовольствием думала, что есть там несколько домов, куда хочется придти, в том числе михайловский дом.









А.Д. был очень живой и весёлый человек. И совсем не старый - он работал, у него постоянно были планы - и собственные литературоведческие, и издательские. Он собирался жить!

Ещё одна пустота, ещё одна страница чугунно перевернулась.