![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaЗимние поля под тонким слоем снега, который завтра растает, и в тумане на краю поля ощетинилось дерево, и ещё дальше дома – то ли бессмыленные, одинаковые, построенные десять лет назад, – то ли крепостные стены, башни – в лёгком тумане.
Каждая минута – маленькая замкнутая вечность – ведь будущее только неопределённый вопросительный знак. И поле, которое завтра окажется с ёжиком невысокой травы, сегодня белым-бело.
А вот в небе движенье облаков – единственное обозримое – облака плывут, как уходят на дальний край поля мохнатые рыжие коровы.
Поле под тонкой белой плёнкой, зелёное поле – поле, такое одинокое в своей открытости, – на белом письмена сотрутся, а на зелёном хохлатые удоды склюют.
Белые чайки взмахивают белыми крыльями над белым полем пруда. Лёд сползает, как линяющая шкура, и на этом ползущем, сжимающемся льду – следы, перекрестья, полыньи.
И кривая мохнатая яблоня то ли верблюдом, то ли дикобразом где-то там за этой белой изменчивой бесконечностью завтра зазеленеющего поля.
Каждая минута – маленькая замкнутая вечность – ведь будущее только неопределённый вопросительный знак. И поле, которое завтра окажется с ёжиком невысокой травы, сегодня белым-бело.
А вот в небе движенье облаков – единственное обозримое – облака плывут, как уходят на дальний край поля мохнатые рыжие коровы.
Поле под тонкой белой плёнкой, зелёное поле – поле, такое одинокое в своей открытости, – на белом письмена сотрутся, а на зелёном хохлатые удоды склюют.
Белые чайки взмахивают белыми крыльями над белым полем пруда. Лёд сползает, как линяющая шкура, и на этом ползущем, сжимающемся льду – следы, перекрестья, полыньи.
И кривая мохнатая яблоня то ли верблюдом, то ли дикобразом где-то там за этой белой изменчивой бесконечностью завтра зазеленеющего поля.
