ещё про ветер
May. 6th, 2016 11:15 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaВечером, возвращаясь с прогулки, мы встретили нашего хозяина. «Ветер – сказал он – переменился, дует теперь юго–восточный». Каждый день смотрит он подробный прогноз – как и Анри в Дордони – отдельный прогноз для людей, занятых сельским хозяйством.
Кстати, когда мы с ним обсуждали прогулки в каланках, он заметил, что когда учился в марсельском универститете, то имел обыкновение гулять по каланкам чуть не каждый день. Я как-то постеснялась у него спросить, на каком он учился факультете. Агрономическом, или, как Машка предположила, философском – как, живя тут среди виноградников, оливковых рощ и маковых полей не философствовать?
Так или иначе, ветру он не рад – ему сажать какие-то японские растения, из которых делают синюю краску – красить хоть тряпки, хоть стенки. Машка, любопытная, всё про это растение прочитала – оказалось, крестоцветное, как сурепка, цветы жёлтые, а краска синяя. Тут и задумаешься, рапсовые ли бесконечные жёлтые поля, или часть из них – этот самый натуральный краситель.
Мы спросили, на что идёт тьма растущей тут лаванды – мы ехали вчера мимо полей таких, что ясно, что в июле, когда зацветёт, поплывёшь попросту по синему морю – справа лавандовые волны, слева... А хозяин наш и говорит – не лаванда это, а лавандина, – она погрубей лаванды, и добавляют её в стиральные порошки.
А ещё одно поле он засеет чабрецом. Я удивилась – все холмы заросли диким чабрецом, издали похожем на вереск. «Но – говорит – чабрец у него на поле чуть-чуть отличается от дикого», и он у него для загадочной аромотерапии. Впрочем, что ж загадочного – всякий понюхает чабреца – и порадуется, и успокоится. Я вот всё время рву розмарин и чабрец на прогулках, запихиваю во все карманы, и руки пахнут, и штаны, и рюкзак – смесью розмарина с чабрецом.
«Лаванда и лавандина – сказал наш хозяин – отлично продаётся. Чабрец тоже.»
Пару недель назад я получила письмо от Мари–Этьен, нашей бретонской хозяйки. Этой зимой собирались они в поход по Иордании после прошлогодней Киргизии. Но не нашлось достаточно сумасшедших ехать на сирийскую границу, так что поход отменился, и отправились они всего лишь в Марокко. Шли пешком через пустыню – ей пустыня понравилась, Роже, её мужу, не больно–то. Вообще в Марокко было тяжело им смотреть на то, как дети попрошайничают... И со стороны ведь не разберёшься, от кошмарной нищеты это, или просто такой образ жизни…
Так про ветер. Приезжала к ним сестра Роже с мужем, а тут как раз мартовская буря случилась. И поехали они вчетвером на мыс Пенхир.
И дошли до края, и их не унесло, хоть очень трудно было стоять вертикально. А вот открыть дверцу машины можно было только вдвоём...
Ну, а в конце письма пишет Мари–Этьен: «напоследок хорошие новости – молодые курочки отлично несутся»
Черешня, которая, когда мы сюда приехали, была ещё даже не шариками, а зелёной завязью, уже кое–где начинает желтеть. Через пару недель поспеет, только нас тут не будет.
А таких черешневых садов не видела я нигде и никогда – причём неогороженных – просто живых садов у края леса. Так что и не знаю, что лучше – когда они цветут, или вот через пару-тройку недель, когда черешня созреет. Но куда ж жаловаться, когда всё цветёт сирень…
Кстати, когда мы с ним обсуждали прогулки в каланках, он заметил, что когда учился в марсельском универститете, то имел обыкновение гулять по каланкам чуть не каждый день. Я как-то постеснялась у него спросить, на каком он учился факультете. Агрономическом, или, как Машка предположила, философском – как, живя тут среди виноградников, оливковых рощ и маковых полей не философствовать?
Так или иначе, ветру он не рад – ему сажать какие-то японские растения, из которых делают синюю краску – красить хоть тряпки, хоть стенки. Машка, любопытная, всё про это растение прочитала – оказалось, крестоцветное, как сурепка, цветы жёлтые, а краска синяя. Тут и задумаешься, рапсовые ли бесконечные жёлтые поля, или часть из них – этот самый натуральный краситель.
Мы спросили, на что идёт тьма растущей тут лаванды – мы ехали вчера мимо полей таких, что ясно, что в июле, когда зацветёт, поплывёшь попросту по синему морю – справа лавандовые волны, слева... А хозяин наш и говорит – не лаванда это, а лавандина, – она погрубей лаванды, и добавляют её в стиральные порошки.
А ещё одно поле он засеет чабрецом. Я удивилась – все холмы заросли диким чабрецом, издали похожем на вереск. «Но – говорит – чабрец у него на поле чуть-чуть отличается от дикого», и он у него для загадочной аромотерапии. Впрочем, что ж загадочного – всякий понюхает чабреца – и порадуется, и успокоится. Я вот всё время рву розмарин и чабрец на прогулках, запихиваю во все карманы, и руки пахнут, и штаны, и рюкзак – смесью розмарина с чабрецом.
«Лаванда и лавандина – сказал наш хозяин – отлично продаётся. Чабрец тоже.»
Пару недель назад я получила письмо от Мари–Этьен, нашей бретонской хозяйки. Этой зимой собирались они в поход по Иордании после прошлогодней Киргизии. Но не нашлось достаточно сумасшедших ехать на сирийскую границу, так что поход отменился, и отправились они всего лишь в Марокко. Шли пешком через пустыню – ей пустыня понравилась, Роже, её мужу, не больно–то. Вообще в Марокко было тяжело им смотреть на то, как дети попрошайничают... И со стороны ведь не разберёшься, от кошмарной нищеты это, или просто такой образ жизни…
Так про ветер. Приезжала к ним сестра Роже с мужем, а тут как раз мартовская буря случилась. И поехали они вчетвером на мыс Пенхир.
И дошли до края, и их не унесло, хоть очень трудно было стоять вертикально. А вот открыть дверцу машины можно было только вдвоём...
Ну, а в конце письма пишет Мари–Этьен: «напоследок хорошие новости – молодые курочки отлично несутся»
Черешня, которая, когда мы сюда приехали, была ещё даже не шариками, а зелёной завязью, уже кое–где начинает желтеть. Через пару недель поспеет, только нас тут не будет.
А таких черешневых садов не видела я нигде и никогда – причём неогороженных – просто живых садов у края леса. Так что и не знаю, что лучше – когда они цветут, или вот через пару-тройку недель, когда черешня созреет. Но куда ж жаловаться, когда всё цветёт сирень…
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2016-05-06 09:20 pm (UTC)А моя черешня только зацвела -- она на ветру стоит, ей холодно было.
no subject
Date: 2016-05-06 09:47 pm (UTC)Тут, я думаю, к концу мая черешня точно будет. В жизни таких садов я не видела.
no subject
Date: 2016-05-06 09:53 pm (UTC)no subject
Date: 2016-05-06 10:20 pm (UTC)no subject
Date: 2016-05-07 05:48 am (UTC)no subject
Date: 2016-05-07 10:21 pm (UTC)no subject
Date: 2016-05-07 08:02 am (UTC)Ландышей много в Foret de la Roche Turpin.
Юго-восточный ветер может быть очень сильным и он приносит ненастье. Несколько лет назад он меня вынудил сделать опасный раппель за несколько метров до окончания маршрута (было уже темно и я этого не понимала). Мы пытались заснуть всю ночь на "полочке" под скалой, но ветер иногда проникал и туда. А в полдень, когда мы уже спустились к машине, пошел дождь.
no subject
Date: 2016-05-07 10:24 pm (UTC)no subject
Date: 2016-05-08 05:58 am (UTC)Лазаю я ночью, когда либо чего-то не так пошло. Дурость.
no subject
Date: 2016-05-07 05:05 pm (UTC)Ветер снимала? Знаю, ты любишь:)
Поход по Иордании! Да и по Киргизии тоже - безбашенные люди:)
no subject
Date: 2016-05-07 10:26 pm (UTC)no subject
Date: 2016-05-08 04:03 am (UTC)