Из воскресной жизни теплокровных

[mbla]

На крыше машины сидела сорока и что-то оживлённо говорила прихрамывающей вороне, которая прогуливалась по тротуару рядом с колесом.

Завидев меня, птицы переместились - сорока перелетела на нижнюю ветку тополя и продолжила свой рассказ, слушательница-ворона - под дерево .

Лесной громадный голубь молчаливо сидел на сосне и победительно оглядывал прохожих.

Когда мы уезжали в Бургундию, мы оставили Гришку дома. Выяснилось, что больше всего она соскучилась по Кате. Бросилась к ней, встала на задние лапы, передними обхватила катину морду, и давай кусать за нос. И тёрлась и мырчала, и всю ночь спала у Кати на спине.

Интересно, какое понимание получает Гришка от Кати, которого не от нас не добьёшься? Впрочем, Катя ведь намного милей, и теплей и уютней, и запах у неё нежный собачий.

На рынке была лотерея. Разыгрывались очень красивые корзинки, заполненные овощами и фруктами.

На лестнице мы с Катей повстречались со знакомой карликовой пинчерихой. Бедняга изошла от лая, всё же тяжело быть такой маленькой, всё время приходится самоутверждаться, а обидней всего, что Катя и ухом не ведёт, будто и нету никого. одно пустое место.

Гришке пока не удалось поймать ни одной мошки, они все сгорают на лампе, но зато она научилась делать сальто-мортале.

Мы с Васькой закончили разбор Дилана Томаса, я с наслаждением поставила в книжке последний толстый крест.

На мягких лапах, тихо порыкивая, вокруг ходит гроза, небо равномерно тёмно-серого цвета.

Ну-ну-ну - когда же наконец неизбежный потоп.

Мы испугались и не пошли на поляну за щавелём.