(no subject)

[mbla]

Когда-то я с нетерпением ждала каникул, отъезда на дачу, дней рождений, воскресений...

Ждать было тяжело, утомительно, нервно. Только что мы обсуждали тему вечного ожидания с just_tom и пришли к выводу, что в юности даже ожидание автобуса напрягало, а теперь – стоишь себе на остановке, думаешь о чём-нибудь. Если не опаздываешь, то и ладно.

В юности часто бывало состояние не то чтобы скуки, а невозможности никуда себя деть, поглощённости ожиданием.

Сейчас со мной такое бывает только, если я волнуюсь по какому-нибудь поводу и жду звонка, чтобы убедиться, что всё в порядке.

Летом, болтая с a11, я сказала, что для меня школа – это вечное ожидание каникул, он со мной согласился.

И пожалуй, юность – это в самом широком смысле ожидание, поэтому очень тяжёлое время.

Потом вдруг оказывается, что не ждёшь с предвкушением всяческих приятностей, а наоборот их слегка внутренне отталкиваешь – не успеваешь, никогда ничего не успеваешь.

Ожиданием больше не живёшь...

Послезавтра мы на две недели уезжаем в Италию, а завтра у меня два семестровых жюри, и надо не забыть подготовить все материалы для лекции в понедельник после возвращения. И студентам написать о том, о сём. И пятое, и десятое. И постричься не успела.

А ещё надо собрать барахло. В детстве и в юности подготовка к путешествию входила в состав предвкушаемых удовольствий. Собираться было приятно. А сейчас – о ужас, как же я этого не люблю. Что же, что же надо сто раз проверить, чтоб не забыть. Как моя бабушка, которая утром выезжала на вокзал, чтоб успеть на пятичасовой поезд.

Пожалуй, единственное, чего я всё-таки каждый год жду– это, чтоб зима кончилась, и ловлю всяческие знаки – вот дни удлинились, вот вишенные зацвели, и не безумцы, цветущие под Новый Год, а самые обычные знакомые деревья. Робко ещё зацвели. Но не одно, не два, многие. И на молоденькой магнолии я уже видела набухшие жирные бутоны. Так что скоро уже надо будет в очередной раз заклинать время – подождать, не двигаться, замедлиться...