Не только стихи...

Вслед вот этому

http://www.livejournal.com/users/mbla/93469.html?thread=2003485#t2003485

Одна моя бабушка происходит из Витебска, а другая – из местечка Колышки под Витебском.

Где-нибудь в самом начале 70-х к нам в дом попал маленький плохонький альбомчик Шагала – большая по тем временам редкость.

Мы его листали благоговейно.

А обе бабушки (не помню уж, почему получилось, что я им обеим одновременно показывала альбом – одна бабушка жила с нами, а вторая, любимая, пришла в гости), увидев «Шаг» с длиннющими ногами-ножницами, вдруг радостно воскликнули: «У, это ж у нас в Витебске на доме висело».

В тот период шагаловской жизни – между Парижем и Парижем – когда он в родной Витебской губернии служил уполномоченным по делам искусств.

Брат одной из бабушек даже успел у Шагала немножко поучиться. Но художником не стал.

Не только стихи...

Вслед вот этому

http://www.livejournal.com/users/mbla/93469.html?thread=2003485#t2003485

Одна моя бабушка происходит из Витебска, а другая – из местечка Колышки под Витебском.

Где-нибудь в самом начале 70-х к нам в дом попал маленький плохонький альбомчик Шагала – большая по тем временам редкость.

Мы его листали благоговейно.

А обе бабушки (не помню уж, почему получилось, что я им обеим одновременно показывала альбом – одна бабушка жила с нами, а вторая, любимая, пришла в гости), увидев «Шаг» с длиннющими ногами-ножницами, вдруг радостно воскликнули: «У, это ж у нас в Витебске на доме висело».

В тот период шагаловской жизни – между Парижем и Парижем – когда он в родной Витебской губернии служил уполномоченным по делам искусств.

Брат одной из бабушек даже успел у Шагала немножко поучиться. Но художником не стал.

О благотворительности

Вслед http://www.livejournal.com/users/bgmt/111000.html

Мне представляется, что неверие в благотворительность идёт от психологии нищеты.

Причём, не от бедности, а именно от нищеты. Бедность себя уважает. Бедность – это когда нет и не надо, обойдёмся.

Нищета – состояние души, а не отсутствие денег. Нищета сопряжена с завистью – нищета – это осознание себя неимущим, нищим. Это осознание возникает, когда всё время происходит сравнение себя с другими, с теми, кому лучше. Нищета не обязательно означает бедность, но обязательно унижение. Унижать можно себя, самоунижаться, а можно других, если дорвался до власти.

Нищему трудно понять готовность богатого поделиться деньгами.

Ужас 90-х, мне кажется, в том, что до денег дорвались – психологически нищие.

Разговоры о том, кто и что украл, мне представляются идиотскими хотя бы потому, что государство не умело и не умеет распоряжаться деньгами, не умеет распределять и представляет собой банду вороватых неэффективных чиновников.

Говорить, что русские капиталисты забрали общественное, по-моему, смешно – общественное означало бесхозное, – то, что сгниёт и пропадёт, потому как всем плевать.

Ужас не в исходном приобретении капитала, ужас в том, что капиталы оказались в руках у бывших нищих, жадных и бессовестных, для которых ванны с шампанским – это такое статусное счастье – могу.

Ужас в том, что этим разбогатевшим не было дела до населения, в том, что никому не было дела до населения. В крайнем случае, до общих идей, но уж не до людей на улице.

Капиталы в руках у разумного и не бессовестного человека – это фонды, это благотворительность, это улучшение жизни для многих.

Благотворительность естественна. А зачем человеку личные миллиарды?

Только вот похоже, что значительной части населения совершенно не важно, куда идут деньги, важнее уличить...

О благотворительности

Вслед http://www.livejournal.com/users/bgmt/111000.html

Мне представляется, что неверие в благотворительность идёт от психологии нищеты.

Причём, не от бедности, а именно от нищеты. Бедность себя уважает. Бедность – это когда нет и не надо, обойдёмся.

Нищета – состояние души, а не отсутствие денег. Нищета сопряжена с завистью – нищета – это осознание себя неимущим, нищим. Это осознание возникает, когда всё время происходит сравнение себя с другими, с теми, кому лучше. Нищета не обязательно означает бедность, но обязательно унижение. Унижать можно себя, самоунижаться, а можно других, если дорвался до власти.

Нищему трудно понять готовность богатого поделиться деньгами.

Ужас 90-х, мне кажется, в том, что до денег дорвались – психологически нищие.

Разговоры о том, кто и что украл, мне представляются идиотскими хотя бы потому, что государство не умело и не умеет распоряжаться деньгами, не умеет распределять и представляет собой банду вороватых неэффективных чиновников.

Говорить, что русские капиталисты забрали общественное, по-моему, смешно – общественное означало бесхозное, – то, что сгниёт и пропадёт, потому как всем плевать.

Ужас не в исходном приобретении капитала, ужас в том, что капиталы оказались в руках у бывших нищих, жадных и бессовестных, для которых ванны с шампанским – это такое статусное счастье – могу.

Ужас в том, что этим разбогатевшим не было дела до населения, в том, что никому не было дела до населения. В крайнем случае, до общих идей, но уж не до людей на улице.

Капиталы в руках у разумного и не бессовестного человека – это фонды, это благотворительность, это улучшение жизни для многих.

Благотворительность естественна. А зачем человеку личные миллиарды?

Только вот похоже, что значительной части населения совершенно не важно, куда идут деньги, важнее уличить...