"Подстрочник". Олег Дорман.

Я не могла себе представить, что в кино слушать 6 часов подряд одного человека может быть так увлекательно.

Правда, мы всё-таки смотрели этот фильм недели две, понемногу, но будь моя воля, я б села в кресло в воскресенье утром и смотрела бы до вечера, плюнув на прогулки и дела. Вот так же, как некоторые читают Гарри Поттера – не отрываясь – я-то и от Гарри Поттера по необходимости отрывалась.

А когда дело к концу идёт, огорчаешься – ещё, ещё – а почему столько разных вещей за кадром – поезд в 3 часа дня пришёл в Париж на Гар дю Нор – жирная точка. А я-то надеялась услышать, каков был Париж, увиденный впервые после детства. А встречи с друзьями, из прошлого и из настоящего?

На экране почти всё время Лилиана Лунгина – сидит в кресле у себя дома и рассказывает. Почти по книжке про Алёшу Почемучку – «Что я видел». Что видела, что думала, с кем дружила, где была.

Как же она невероятно хороша, и какая она – счастливая. Счастье – это не удача, не везенье и не что-то такое, что можно заработать хорошим поведением, это неотъемлемое свойство личности.

Смотришь этот фильм и локти кусаешь – скольких людей не успела расспросить – родителей, Нату, – длинный список ушедших и ещё более длинный – неотвеченных вопросов.
Лет 15 назад Андрей Дмитриевич Михайлов горестно говорил, что не успел расспросить родителей и взывал – не забудьте. И я кивала и соглашалась, – и всё равно забыла. Знаешь урывками, отдельными рассказанными когда-то историями.

И у Лили Лунгиной тоже – там, где о детстве, столько возникает вопросов и про отца, и про мать, - и понятно, что и она не расспросила – рассказывает то, что помнит сама, и самые разные вещи оказались за кадром, – то, о чём и не могла знать 10-летняя девочка.

Да, конечно, не со всяким человеком захочется провести 6 часов, но людей, которых будешь слушать, развесив уши, совсем не так мало. Я уверена, что знала таких, о которых получились бы замечательные фильмы, найдись умный режиссёр.

Олег Дорман – мудрый режиссёр, с ним, видимо, хотелось разговаривать – и правильно, что он не гнался за старыми документальными кадрами, и только иногда показывает какие-то дома и улицы – сегодняшние, и, конечно же, старые фотографии – во весь экран.

Наверно, дело ещё в том, что Лиля Лунгина – радостный человек, и кровожадное время у неё поворачивается возможностью в любых предложенных обстоятельствах жить осмысленно и увлекательно.

Да, она и повторяет всё время – не отчаивайтесь, часто бывает, что из плохого вдруг вылезает откуда-то нежданное хорошее.

Какова история с Карлсоном! Когда Лунгина начинала свою переводческую деятельность, она не получила заказов на переводы с французского, потому что французский знали многие, и издательства по указу партии и правительства не давали работу евреям, когда можно было найти кого-нибудь другого – ей предложили стать переводчиком со скандинавских языков – скандинавистов в СССР тогда почти не было. И она стала читать тоскливые нудные ненужные романы в попытках отыскать хоть что-нибудь интересное, впадая во всё большую безнадёжность. И вдруг случайно открыла совершенно неизвестный роман совершенно не известной в России писательницы – и это был Карлсон.

( Read more... )

"Подстрочник". Олег Дорман.

Я не могла себе представить, что в кино слушать 6 часов подряд одного человека может быть так увлекательно.

Правда, мы всё-таки смотрели этот фильм недели две, понемногу, но будь моя воля, я б села в кресло в воскресенье утром и смотрела бы до вечера, плюнув на прогулки и дела. Вот так же, как некоторые читают Гарри Поттера – не отрываясь – я-то и от Гарри Поттера по необходимости отрывалась.

А когда дело к концу идёт, огорчаешься – ещё, ещё – а почему столько разных вещей за кадром – поезд в 3 часа дня пришёл в Париж на Гар дю Нор – жирная точка. А я-то надеялась услышать, каков был Париж, увиденный впервые после детства. А встречи с друзьями, из прошлого и из настоящего?

На экране почти всё время Лилиана Лунгина – сидит в кресле у себя дома и рассказывает. Почти по книжке про Алёшу Почемучку – «Что я видел». Что видела, что думала, с кем дружила, где была.

Как же она невероятно хороша, и какая она – счастливая. Счастье – это не удача, не везенье и не что-то такое, что можно заработать хорошим поведением, это неотъемлемое свойство личности.

Смотришь этот фильм и локти кусаешь – скольких людей не успела расспросить – родителей, Нату, – длинный список ушедших и ещё более длинный – неотвеченных вопросов.
Лет 15 назад Андрей Дмитриевич Михайлов горестно говорил, что не успел расспросить родителей и взывал – не забудьте. И я кивала и соглашалась, – и всё равно забыла. Знаешь урывками, отдельными рассказанными когда-то историями.

И у Лили Лунгиной тоже – там, где о детстве, столько возникает вопросов и про отца, и про мать, - и понятно, что и она не расспросила – рассказывает то, что помнит сама, и самые разные вещи оказались за кадром, – то, о чём и не могла знать 10-летняя девочка.

Да, конечно, не со всяким человеком захочется провести 6 часов, но людей, которых будешь слушать, развесив уши, совсем не так мало. Я уверена, что знала таких, о которых получились бы замечательные фильмы, найдись умный режиссёр.

Олег Дорман – мудрый режиссёр, с ним, видимо, хотелось разговаривать – и правильно, что он не гнался за старыми документальными кадрами, и только иногда показывает какие-то дома и улицы – сегодняшние, и, конечно же, старые фотографии – во весь экран.

Наверно, дело ещё в том, что Лиля Лунгина – радостный человек, и кровожадное время у неё поворачивается возможностью в любых предложенных обстоятельствах жить осмысленно и увлекательно.

Да, она и повторяет всё время – не отчаивайтесь, часто бывает, что из плохого вдруг вылезает откуда-то нежданное хорошее.

Какова история с Карлсоном! Когда Лунгина начинала свою переводческую деятельность, она не получила заказов на переводы с французского, потому что французский знали многие, и издательства по указу партии и правительства не давали работу евреям, когда можно было найти кого-нибудь другого – ей предложили стать переводчиком со скандинавских языков – скандинавистов в СССР тогда почти не было. И она стала читать тоскливые нудные ненужные романы в попытках отыскать хоть что-нибудь интересное, впадая во всё большую безнадёжность. И вдруг случайно открыла совершенно неизвестный роман совершенно не известной в России писательницы – и это был Карлсон.

( Read more... )