урожайное, ниочёмное

Ещё не осень, медлящее шаркающее в дверях лето, ещё в пятницу мы радостно плавали в открытом бассейне на лужайке, ещё зелёные папоротник, и и на берёзах жёлтое только редкими струями - сверху вниз в зелёном.

В лесу Рамбуйе крепкие радостные подберёзовики-черноголовики, мы брали только шляпки, белых пригоршня, чёрные грузди да волнушки.

Пока мы сидели на полянке возле пруда, прицокали две лошадки, и одну лошадку её девочка уговорила замочить копыта. Лошадка сначала попила, погружая в воду полморды и громко фыркая, потом подышала на стрекозу, скрипящую крыльями перед самым её носом, потом проскакала по воде, поднимая тучу брызг. Девочка очень ласково уговаривала лошадку зайти в воду, правда, сначала осведомившись у меня, не глубоко ли. Я сказала, что купалась у нас только собака, и тогда она предложила своей лошадке расспросить Катю. Видимо, Катя лошадку и уговорила, что побегать по воде стоит.

Когда лошади ушли, слегка потряхивая землю, они, видимо, разбудили виденную нами до того на дорожке спящую не то змею, не то безногую ящерицу, которая не обратила на нас ни малейшего внимания. На обратном пути её не было.

А на ферме помидоры - не остановиться - с грядки в мешок они почти прыгают, глазом не моргнёшь - оказывается килограммов 25. И огурчики пупырчатые. Когда мы собирали помидоры, к нам обратился интеллигентного вида и голоса человек лет 70, наверно, с мешком огурцов в руках, и сказал, что у него внук очень пупырчатые огурчики любит, раньше он привозил ему из России, а теперь вот на ферме отличные появились. Явно чей-то папа. Потом мы, впрочем, видели его семейство, так что убедились, что папа нам людей незнакомых.

Огурцов мы тоже набрали килограммов 10 на засолку.

И яблоки, и тыква, и огромный кабак на зажарку. А потом в ферменном магазинчике, где мы покупали творог, опять услышали русскую речь - и с изумлением увидели, что люди приобрели литров 10 арабского кефира. Зачем? Творог что ли делать?

Ещё у Тэффи есть - про любовь к творогу и долгим разговорам по телефону. Про долгие разговоры по телефону - не уверена, а творог и солёные огурцы - несомненно! Впрочем, малосольные лучше - бабушкино - малосольные, рассол от них со сметаной и укропом, и молодая картошка к этой радости, конечно.

А потом дома лёгкое раздражение - куда всё девать - где погреба, - ну, тыква с кабаком лежат на полу - рыжее с зелёным - и грибы почистила - под "Тысячу и одну ночь" в чтении Сурена Кочеряна, выставленную Алдашиным. Завораживает. Это при моей-то нелюбви к восточной вязи. И на бумаге я этого читать не могу, запутываюсь в сюжете, теряю и нить, и интерес. Пару раз начинала и бросала. Восхитительная ирония только сейчас до меня дошла.

Вот и вся суббота - раз и нету, - лениво думаю, отвечать ли на студенческие мэйлы с мелкими вопросами, писать ли собственные в поисках недостающего преподавателя на курс systèmes répartis (ау, green_fr, это не твоё ведь, увы?), или в два часа ночи закругляться, примирившись с тем, что кончился день, и пересчитывая в голове дела на завтра - грибы посолить, мэйлы написать, Катю расчесать, Гришу помучить, да мало ли дел-то - вот с tarzanissimo поработать - у нас договорённость - час в день по будням, у меня уже задолженность за эту неделю - 2 часа.

А как в лесу Рамбуйе ночью? Жуют траву на опушке косматые рыжие коровы, если звёзды падают, они их поддевают на длинные рога, кабаны, небось похрюкивают, а днём только мышка-норушка и показалась нам.

И тики-таки-тик-так, так-так, сентябрь уже за половиной - "Незабвенный сентябрь осыпается в Спасском"...

урожайное, ниочёмное

Ещё не осень, медлящее шаркающее в дверях лето, ещё в пятницу мы радостно плавали в открытом бассейне на лужайке, ещё зелёные папоротник, и и на берёзах жёлтое только редкими струями - сверху вниз в зелёном.

В лесу Рамбуйе крепкие радостные подберёзовики-черноголовики, мы брали только шляпки, белых пригоршня, чёрные грузди да волнушки.

Пока мы сидели на полянке возле пруда, прицокали две лошадки, и одну лошадку её девочка уговорила замочить копыта. Лошадка сначала попила, погружая в воду полморды и громко фыркая, потом подышала на стрекозу, скрипящую крыльями перед самым её носом, потом проскакала по воде, поднимая тучу брызг. Девочка очень ласково уговаривала лошадку зайти в воду, правда, сначала осведомившись у меня, не глубоко ли. Я сказала, что купалась у нас только собака, и тогда она предложила своей лошадке расспросить Катю. Видимо, Катя лошадку и уговорила, что побегать по воде стоит.

Когда лошади ушли, слегка потряхивая землю, они, видимо, разбудили виденную нами до того на дорожке спящую не то змею, не то безногую ящерицу, которая не обратила на нас ни малейшего внимания. На обратном пути её не было.

А на ферме помидоры - не остановиться - с грядки в мешок они почти прыгают, глазом не моргнёшь - оказывается килограммов 25. И огурчики пупырчатые. Когда мы собирали помидоры, к нам обратился интеллигентного вида и голоса человек лет 70, наверно, с мешком огурцов в руках, и сказал, что у него внук очень пупырчатые огурчики любит, раньше он привозил ему из России, а теперь вот на ферме отличные появились. Явно чей-то папа. Потом мы, впрочем, видели его семейство, так что убедились, что папа нам людей незнакомых.

Огурцов мы тоже набрали килограммов 10 на засолку.

И яблоки, и тыква, и огромный кабак на зажарку. А потом в ферменном магазинчике, где мы покупали творог, опять услышали русскую речь - и с изумлением увидели, что люди приобрели литров 10 арабского кефира. Зачем? Творог что ли делать?

Ещё у Тэффи есть - про любовь к творогу и долгим разговорам по телефону. Про долгие разговоры по телефону - не уверена, а творог и солёные огурцы - несомненно! Впрочем, малосольные лучше - бабушкино - малосольные, рассол от них со сметаной и укропом, и молодая картошка к этой радости, конечно.

А потом дома лёгкое раздражение - куда всё девать - где погреба, - ну, тыква с кабаком лежат на полу - рыжее с зелёным - и грибы почистила - под "Тысячу и одну ночь" в чтении Сурена Кочеряна, выставленную Алдашиным. Завораживает. Это при моей-то нелюбви к восточной вязи. И на бумаге я этого читать не могу, запутываюсь в сюжете, теряю и нить, и интерес. Пару раз начинала и бросала. Восхитительная ирония только сейчас до меня дошла.

Вот и вся суббота - раз и нету, - лениво думаю, отвечать ли на студенческие мэйлы с мелкими вопросами, писать ли собственные в поисках недостающего преподавателя на курс systèmes répartis (ау, green_fr, это не твоё ведь, увы?), или в два часа ночи закругляться, примирившись с тем, что кончился день, и пересчитывая в голове дела на завтра - грибы посолить, мэйлы написать, Катю расчесать, Гришу помучить, да мало ли дел-то - вот с tarzanissimo поработать - у нас договорённость - час в день по будням, у меня уже задолженность за эту неделю - 2 часа.

А как в лесу Рамбуйе ночью? Жуют траву на опушке косматые рыжие коровы, если звёзды падают, они их поддевают на длинные рога, кабаны, небось похрюкивают, а днём только мышка-норушка и показалась нам.

И тики-таки-тик-так, так-так, сентябрь уже за половиной - "Незабвенный сентябрь осыпается в Спасском"...

Иллюстрации ко вчерашнему

Про лошадку - надо было, конечно, на видео снимать, но я как-то не сообразила



( Read more... )

Иллюстрации ко вчерашнему

Про лошадку - надо было, конечно, на видео снимать, но я как-то не сообразила



( Read more... )

С опозданием ко дню рожденья

Лови, _ira_, эту хитрющую розу

С опозданием ко дню рожденья

Лови, _ira_, эту хитрющую розу

Посвящается gasterea

Квартира пахнет укропом и только что засоленными огурцами, три ведёрка литров по пять стоят на кухонном столе - огурцы солил tarzanissimo. И помидоры вместе со сливами - он. Я не росла на юге, и каждый раз вызываю его негодование полным непониманием, почему помидоры солят со сливами, а огурцы с яблоками.

И слюнки текут.

Под неизбежное бормотанье "Лист смородины груб и матерчат" я в очередной раз подумала об атавизме - страсти к заготовкам - кислая капуста, солёные огурцы, кизиловое варенье, грибы солёные, грибы маринованные.

Ну, ведь не ключницы же мы Пелагеи - и погребов в доме нету - и почти всё можно купить в магазине, а чего не купишь, без того и проживёшь без особых сожалений. И вспомнила своего мимолётного знакомого аспиранта, саудовского араба, который во Флориде созвал в гости пёструю аспирантскую и постдоковскую толпу, и кормил нас рисом - самое важное - есть рис надо было руками - только так можно было приобщиться к духу еды. Мы сидели рядком - помню только нашего приятеля - мексиканца и коммуниста, заросшего бородой под Фиделя, и по имени Марти. Рис брали в пригоршни, нюхали и отправляли в рот. Под беседу, в которой, как часто бывало в смешанных университетских компаниях главное место занимало - а у нас - а у вас. У них, в Саудовской Аравии, наш хозяин (я уже, кажется, когда-то рассказывала об этом) спас от верной смерти свою сестру и её мужа. Сестра вышла замуж за представителя другой социальной страты - менее благородной, но более обеспеченной. Благородные её дядьки должны были убить неверную вместе с мужем, но предпочли по наущению нашего хозяина получить по протекции нового родственника приличную чиновную работу.

А теперь этот хитроумный брат своей сестры собирался защищать PHd по физике.

Но я собственно о рисе, который надо есть руками. Мне кажется, что варенья и соленья оттуда же. Едят руками из уважения к еде, чтоб почувствовать её живой дух. Так и соленья. Из лесу мы принесли дубовые листья, вишнёвые листья, погрузили их в рассол. Ещё и укроп, и чеснок. Прикасаешься руками, перетираешь. Снимаешь розовую варенную пену. Грибы на сковородке выпариваются, подхватываешь их лопаткой, чтоб не пристали. Запахи мешаются.

Вот и у еды появляется смысл и тайна, она становится живой. В магазине со склада не купишь.

Посвящается gasterea

Квартира пахнет укропом и только что засоленными огурцами, три ведёрка литров по пять стоят на кухонном столе - огурцы солил tarzanissimo. И помидоры вместе со сливами - он. Я не росла на юге, и каждый раз вызываю его негодование полным непониманием, почему помидоры солят со сливами, а огурцы с яблоками.

И слюнки текут.

Под неизбежное бормотанье "Лист смородины груб и матерчат" я в очередной раз подумала об атавизме - страсти к заготовкам - кислая капуста, солёные огурцы, кизиловое варенье, грибы солёные, грибы маринованные.

Ну, ведь не ключницы же мы Пелагеи - и погребов в доме нету - и почти всё можно купить в магазине, а чего не купишь, без того и проживёшь без особых сожалений. И вспомнила своего мимолётного знакомого аспиранта, саудовского араба, который во Флориде созвал в гости пёструю аспирантскую и постдоковскую толпу, и кормил нас рисом - самое важное - есть рис надо было руками - только так можно было приобщиться к духу еды. Мы сидели рядком - помню только нашего приятеля - мексиканца и коммуниста, заросшего бородой под Фиделя, и по имени Марти. Рис брали в пригоршни, нюхали и отправляли в рот. Под беседу, в которой, как часто бывало в смешанных университетских компаниях главное место занимало - а у нас - а у вас. У них, в Саудовской Аравии, наш хозяин (я уже, кажется, когда-то рассказывала об этом) спас от верной смерти свою сестру и её мужа. Сестра вышла замуж за представителя другой социальной страты - менее благородной, но более обеспеченной. Благородные её дядьки должны были убить неверную вместе с мужем, но предпочли по наущению нашего хозяина получить по протекции нового родственника приличную чиновную работу.

А теперь этот хитроумный брат своей сестры собирался защищать PHd по физике.

Но я собственно о рисе, который надо есть руками. Мне кажется, что варенья и соленья оттуда же. Едят руками из уважения к еде, чтоб почувствовать её живой дух. Так и соленья. Из лесу мы принесли дубовые листья, вишнёвые листья, погрузили их в рассол. Ещё и укроп, и чеснок. Прикасаешься руками, перетираешь. Снимаешь розовую варенную пену. Грибы на сковородке выпариваются, подхватываешь их лопаткой, чтоб не пристали. Запахи мешаются.

Вот и у еды появляется смысл и тайна, она становится живой. В магазине со склада не купишь.