Лазурный берег в конце зимы 2

Лазурный берег в конце зимы 1

А сначала надо было проехать 900 километров - за день. Обычно такие расстояния мы едем полтора дня, но тут уж очень обидно было терять день из всего-то восьми...

Так что мы совершили почти подвиг Геракла - собрались накануне, встали в шесть утра и выехали в половине восьмого.

И - в сплошной пробке. Только в отличие от летних жарких и нервных пробок, это была спокойная тихая пробка - никто, кажется не злился и не нервничал, мирно ползли - в начале парижских лыжных школьных и университетских каникул. А светящиеся объявления надо автострадой чередовались - Bouchon и Bonne route au ski.

Стало полегче после отворота на Женеву и Анси, а за Лионом - почти никого уже не осталось - к морю ехали только мы. Кстати, летом автострада приветствует предложением не торопиться, потому что море не испарится.

И за Лионом изменился цвет неба...

Мы успели доехать ещё при свете.

А после ужина я вышла на террасу с аппаратом. Понятно было, что в темноте снимать глупо, но хотелось хоть что-то сделать, ухватить неухватимое - запах кипариса в темноте, куст мимозы у забора, очертания горки, под которой деревня, где мы жили...

( Read more... )

Лазурный берег в конце зимы 3

Лазурный берег в конце зимы 2

И ещё первый день - калейдоскоп - про воду



( Read more... )

(no subject)

Вчера утром на нашем заоконном тополе, где сорочье гнездо, сидела синица. Маленькая синичка на огромном дереве. Что она там делала в сорочьих владеньях?

Потом я шла с рынка, волоча за собой переполненную корзинку на колёсах. Большая лохматая ворона с блестящим клювом сидела на тоненьком деревце возле детской площадки. Деревце покачивалось под её тяжестью.

Идёт какая-то жизнь, куда нет нам доступа, не спросишь у вороны, зачем она прилетела, и у синички-невелички не осведомишься ни о чём.

Катя к этому миру ближе, но и она молчит, не объясняет, зачем вчера в лесу носом разрывала сухие листья, кружила, назад возвращалась. Кто там наследил?

А мир шевелится, живёт – вот уже тополь в красноватом сиянье – совсем скоро распустится, и мать-и мачеха у дорожки вылезла. Казалось бы, всю зиму трава и цветы, но те, что сейчас выскочили на поверхность, они – другие. Копошатся в земле корни, потягиваются. Расцветают всякие вишнёвые, ещё негромко. Встретила сегодня тюльпан возле входа в кампус, нарциссы уже повсюду.

Глядишь в окошко на эту жизнь, знаешь, что скоро появятся ветреницы, за ними дикие гиацинты...

А ты-то тут причём? Заметят ли тебя цапли и тополя? Живи, дыши и уповай на куцее бессмертие – сегодня и навсегда...