(no subject)

У ньюфов перепонки на лапах, чтоб плавать сподлапней, и чёрные пятна на языке – для красоты.

У Тани тоже есть пятно на языке, хоть пуделям и не положено. Досталось от Кати с Нюшей.

А сегодня мы с Таней поутру посетили нашу ветеринарку – это такой приятнейший светский визит – там и сама ветеринарка, и девочка-помощница – целуют, умиляются, – а что в уши полезли, и укололи – «дык я уколов не боюсь, если надо, уколюсь», и вообще – хочешь быть красивой, научись терпеть – говорила мне мама, когда я в детстве скандалила из-за того, что меня заставляли что-нибудь одёжное мерить.

Собственно, отправились мы к ветеринарке, потому что Таня башкой трясла – Колька справедливо подумал про её родство с Есениным, хоть она белая и не человек, – но «голова моя машет ушами, как крыльями птица». И ясное дело – башкотрясение всё ж не только попытка, взлететь, но увы, и признак отита.

Короче, я к чему – ветеринарка стала на всякий случай просматривать ухо на предмет каких-нибудь травяных вредных метёлок, их там не нашла и решила заодно поглядеть, нет ли метёлок в лапах – и тут изумлённо воскликнула – «у неё же на задних лапах перепонки!» На передних нет – а на задних вот они – здоровущие перепонищи. Надо сказать, что мы когда-то задумались о перепонках, когда обнаружили, что Таня очень любит плавать – но искали их только на передних лапах, и не нашли. И вот оказывается… У ньюфов перепонки на четырёх лапах, а у пуделей (некоторых) только на двух.

После ветеринарки, чтоб достойно завершить светское утро, мы посетили по дороге домой ещё и придворный овощной, где третье поколение овощников народилось, и годовалый Валентэн с большим энтузиазмом с Таней полизался под одобрительные возгласы дедушки-овощника – обними собачку!

Васька в таких случаях раздувался от гордости, и я с трудом его уводила из правильных мест, где с уважениям относились к Нюше и Кате.

Дождик тем временем прошёл на наш заоконный тополь, у которого в зелени появились первые жёлтые пятна.