(no subject)

[mbla]

Я очень давно знакома с симпатичным мужиком, который ходит по нашему лесу в обществе своих собак. Лет 20 уж точно мы знакомы, а скорей и больше. Вообще-то я практически никогда не гуляла с собачниками – как-то не было у нас с Васькой заведено стоять и смотреть, как играют собаки, мы всегда уходили на длинные прогулки.

 

Вот и с этим мужиком мы переглядывались, останавливались перекинуться парой слов, восхищались гигантским почти-догом из его собачьей стайки.

 

Потом встретились после Васькиной смерти и после смерти почти-дога, он спросил про Ваську, я ответила, и мы вместе пошли гулять.

 

Вот тогда я и узнала, что он шофёр тяжёлого грузовика, что в конце девяностых гонял свой грузовик в Сибирь. И услышала от него про тамошних несчастных тёток с мужьями никуда не годными алкоголиками. И про то, что французские шофера их жалели и радовали, а немецкие ни-ни.

 

Потом мужик как-то пропал. И вот опять я его встретила – с одной небольшой старой собакой. Мы опять пошли гулять вместе. Вася со свойственным ей буйством приставала к его собаке, а старушка была терпелива, и только улыбалась снисходительно.

 

Он рассказал мне, что вышел на пенсию и бОльшую часть времени проводит в Бретани, откуда он родом. Живёт в своём старом доме, выходит в море на лодке, рыбу ловит, гуляет по тропам со своей старушкой. Но иногда живёт в Медоне – жена его не очень любит подолгу жить в Бретани. 

 

Поговорили про политику – про эру Трампутина. Он поразил меня знанием географии и ближней истории – не только представляет, где Донбасс, но и что там происходило.    А потом почему-то про литературу заговорили, –  он как-то свернул. И вот сказал мне, что очень любит Солженицына, особенно «Раковый корпус». А ещё Гоголя любит. А вот Достоевского – нет. А ещё сказал, что вроде бы люди возвращаются к бумажным книгам. Некоторые книжные магазины, которые закрывались на несколько лет, по его словам открываются вновь.

 

Погуляли отлично, потом ещё разок встретились, но мимоходом, я входила в лес с Васей, а он со своей собакой выходил. Сказал, что на следующий день в Бретань уезжает.

 

Старушка-собака у него восемнадцатая в его жизни – ну, да, я же помню его с четырьмя-пятью. А вот кот всего лишь шестой. Когда-то он мне говорил, что собаки у него просто появляются на крыльце, волшебным образом. Наверно, знали о нём многие... В приют он не ездил. Можно сказать, что у него свой приют.

 

Меня очень трогает, радует, – не знаю, какое употребить слово, – когда возникает связь с людьми вроде бы из сильно другой жизни, за пределами собственного круга. Для меня – это источник оптимизма. Вот когда я увидела, как хозяин домика, который мы в Дордони снимаем, покупал капусту и морковку в магазине, – он подкармливает диких кроликов, потому что ему хочется, чтоб они прыгали у него на лужайке. А жена его до пенсии работала в в отделе социальных служб в городке за 50 км от деревни. Она на работу ездила больше часа, ну и я больше часа, и я сказала, что в общем, это всё-таки довольно много.  А она мне ответила, что это ж совсем не то – в городе ездить больше часа, и больше часа по дороге через лес – когда видишь, как времена года сменяются, как листья желтеют, как распускаются...

Comments

[lemberger]

О, я помню, ты о нем писала когда-то !

[mbla]

Да, было дело:-)