(no subject)
Sep. 3rd, 2008 02:33 pmВсе вот больше про Искандера говорят. Кролики там с удавами...
А я про Битова подумала.
Написал человек давным-давно, лет 50 назад, щемящий рассказ «Большой шар» – про девочку, у которой в войну убили маму. Про то, как она ждёт 1 мая папу, чтоб пойти с ним гулять, как видит на улице человека с огромным воздушным шаром, как достаётся ей шарик – последний, слегка бракованный, с маленьким горелым пятнышком на боку.
Чуть позже написал про девчонку, жалкую, в застиранной короткой юбке, неумную голодную, жадно ждущую какого-нибудь мужика, и про то, как стыдно герою рассказа за то, что познакомившись с девчонкой в кино, ничего он не может и не хочет сделать для неё, врёт напропалую, хочет только убежать, и стыдится девчонки, а прежде всего себя.
Написал про молодого человека, которому очень не хочется огорчать родителей, но ещё того меньше можется учиться в институте, работать в конторе, бессмысленно вставать в 8 утра, про то, что «хорошая работа – шкафы таскать».
Про подростка, тоскующего под дверью от любви и ревности к женщине намного старше и про то, как подросток этот вырастает. Про Новый год, про зимние улицы.
Книжка рассказов до слёз – «Аптекарский остров» и повесть «Сад».
Потом с запахом мокрых дорожек, со следами велосипедных шин, с пригородной платформой – «Дачная местность». Потом «Уроки Армении» – вроде, и очень понравились эти уроки мне когда-то, но не остались в голове.
«Пушкинский дом» - скучноватый, сильно подражает Прусту, выдуманный, не задевает особенно...
И последние вещи – невозможно их читать – эдакая манная каша с претензией...
Я Битова видела два раза. Один раз он пришёл на суд над нашим приятелем, замечательным художником Володей Гооссом. Володя жил на ленинградской окраине, где других художников не водилось, и очень раздражал начальника отделения местной милиции. Судили Володю за тунеядство и за подброшенную марихуану. Судьиха, тупая и честная, обвинение в наркотиках отклонила – ей было очевидно, что они подброшены, а за тунеядство осудила по полной – недоумевая говорила, что не видит доказательств того, что Володя художник. Был бы художником, работал бы, к примеру, на обойной фабрике. А то так всякий может сказать, что он художник.
Битов пришёл на процесс вальяжный, в шубе, прошёл мимо судейских и милиционеров, с изумлением глядя на этих представителей странного насекомого мира... Ничего сделать не смог. Володю упекли на «химию».
Потом я видела Битова в Париже в 90-ые, он выступал то ли в институте славяноведения, то ли ещё где – нёс самодовольную снобскую чушь, где в каждой второй фразе фигурировал серебряный век – эдакая вершина развития человечества...
....
С путинской властью у Битова стилистических разногласий, видимо, нет. Что ж – он не один.
Но не может он не видеть, что стилистика подписанного им письма брежневская, а с советской властью у Битова стилистические разногласия когда-то были... Интересно, что он испытывает, перечитывая свои старые рассказы?
А я про Битова подумала.
Написал человек давным-давно, лет 50 назад, щемящий рассказ «Большой шар» – про девочку, у которой в войну убили маму. Про то, как она ждёт 1 мая папу, чтоб пойти с ним гулять, как видит на улице человека с огромным воздушным шаром, как достаётся ей шарик – последний, слегка бракованный, с маленьким горелым пятнышком на боку.
Чуть позже написал про девчонку, жалкую, в застиранной короткой юбке, неумную голодную, жадно ждущую какого-нибудь мужика, и про то, как стыдно герою рассказа за то, что познакомившись с девчонкой в кино, ничего он не может и не хочет сделать для неё, врёт напропалую, хочет только убежать, и стыдится девчонки, а прежде всего себя.
Написал про молодого человека, которому очень не хочется огорчать родителей, но ещё того меньше можется учиться в институте, работать в конторе, бессмысленно вставать в 8 утра, про то, что «хорошая работа – шкафы таскать».
Про подростка, тоскующего под дверью от любви и ревности к женщине намного старше и про то, как подросток этот вырастает. Про Новый год, про зимние улицы.
Книжка рассказов до слёз – «Аптекарский остров» и повесть «Сад».
Потом с запахом мокрых дорожек, со следами велосипедных шин, с пригородной платформой – «Дачная местность». Потом «Уроки Армении» – вроде, и очень понравились эти уроки мне когда-то, но не остались в голове.
«Пушкинский дом» - скучноватый, сильно подражает Прусту, выдуманный, не задевает особенно...
И последние вещи – невозможно их читать – эдакая манная каша с претензией...
Я Битова видела два раза. Один раз он пришёл на суд над нашим приятелем, замечательным художником Володей Гооссом. Володя жил на ленинградской окраине, где других художников не водилось, и очень раздражал начальника отделения местной милиции. Судили Володю за тунеядство и за подброшенную марихуану. Судьиха, тупая и честная, обвинение в наркотиках отклонила – ей было очевидно, что они подброшены, а за тунеядство осудила по полной – недоумевая говорила, что не видит доказательств того, что Володя художник. Был бы художником, работал бы, к примеру, на обойной фабрике. А то так всякий может сказать, что он художник.
Битов пришёл на процесс вальяжный, в шубе, прошёл мимо судейских и милиционеров, с изумлением глядя на этих представителей странного насекомого мира... Ничего сделать не смог. Володю упекли на «химию».
Потом я видела Битова в Париже в 90-ые, он выступал то ли в институте славяноведения, то ли ещё где – нёс самодовольную снобскую чушь, где в каждой второй фразе фигурировал серебряный век – эдакая вершина развития человечества...
....
С путинской властью у Битова стилистических разногласий, видимо, нет. Что ж – он не один.
Но не может он не видеть, что стилистика подписанного им письма брежневская, а с советской властью у Битова стилистические разногласия когда-то были... Интересно, что он испытывает, перечитывая свои старые рассказы?
О ПИСАТЕЛЕ
Date: 2008-09-03 04:16 pm (UTC)Вот я сидела в зале Таврического дворца 6 июня 1999, шло торжественное заседание юбилейного пушкинского дня. Мародер мэр Яковлев: "Сегодня мы справляем юбилей нашему Пушкину..." Выступавшие разные с несношенной советской феней помноженной на язык презентаций и менеджеров. Пригов с мантрой: "Мой дядя самых честных пра..." Выходит Битов. Говорит что-то вроде: "Вот прислушайтесь... Я шел сюда и видел, как угол дома у входа починяют рабочие. Если прислушаться - слышно как тюкают: тюк-тюк-тюк... Приводят в честь Пушкина в порядок. На Мойке набережную отремонтировали, старушки ноги ломать не будут... Спасибо, Александр Сергеевич! Нет, вы только подумайте: двести лет этот человек на нас пашет!.."
Re: О ПИСАТЕЛЕ
Date: 2008-09-03 05:56 pm (UTC)В "Метрополе" у Битова был еще "Последний медведь" замечательный.
Re: О ПИСАТЕЛЕ
Date: 2008-09-03 06:14 pm (UTC)Re: О ПИСАТЕЛЕ
Date: 2008-09-04 08:53 am (UTC)И эти все рассказы, по-моему, шедевры. А "ПД" - когда-то более или менее любила, сейчас нет. Но я, кстати, и к Набокову с долей прохлады отношусь.
Но то, что судить надо по лучшему - конечно, конечно!
И для меня лучшее - вот рассказы эти ранние, и они огромны...