Маше Айнбиндер
Sep. 2nd, 2013 05:28 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaНа ферме, где начался осенний карнавал урожая, где от огромных деревянных ларей поднимается острый запах яблок, где огурцы пупырчатые на грядке, и баклажанищи, и помидоры, и горько пахнут осенью жёлтые огромные ромашки, где розы пышно вянут, я увидела прилавке возле кассы алюминиевый бидон с вмятинами, а в нём лиловые астры с жёлтыми серединками. Не на продажу, просто так.
И я испытала нутряное физическое наслаждение. Есть пейзажи, которые так на меня действуют, есть картины. А тут мятый бидон и астры в нём.
За молоком мы ходили с белым бидончиком со сколотой в углу эмалью. Кажется, на нём ещё здоровенная земляничина была намалёвана. А такого бидона с вмятинами я вообще в хозяйстве не помню.
Да, лиловые астры, конечно, – и мама, и бабушка Бабаня их очень любили.
В самый раз тут вспомнить «Дорогу уходит в даль» – "Возьмёшь ноту - ля бемоль, лиловую,сиреневую – и – слушай: это мой голос, это я с тобой разговариваю"
Но бабушкины-мамины астры были без жёлтых серединок, просто мохнатые.
Почему же, откуда это ощущение совершенной точности?
Похожее по силе на то, что я испытала, когда не могла отойти от картины Моне, на которой за окном в сад проплывает яркий платок – там и лето, и заросли, и запах слегка заброшенного сада – с сорняками, с мокрым песком после дождя, и уходящая минута, и не схватишь, – щёлкаешь пальцами, они захлопываются на пустоте, и васькин старый стих 84-го года – из окна больницы – «Но все кажется, видится из-за угла красно-серый голландский платок», и обещание, что ты сможешь вернуться и опять глядеть, и не наглядеться, и будут крутиться в голове – хоть балкон, где чай пьют, – из Бунина, из грани веков, хоть вечерняя электричка, когда проводили маму и идём светлым прозрачным вечером домой.
Вот и к этому бидону с астрами хотелось возвращаться, поводить носом, пытаясь втянуть горький запах, и про тёплые коровьи вздохи хотелось вспомнить, и услышать, как бьёт в бидон струя молока.
И глухое солнце на алюминиевом боке, не сверкающее, а поглощённое. И запах зелёной тонкой коры, когда обдираешь яростно прутик, тоже там был.
И уходящее, убегающее, не дающееся в руки – почти-почти – вот как тот вечер неделю назад, когда я снимала пасмурный закат – и он там, в копилке...
...
Может, именно поэтому я так внутренне враждебна к концептуальному искусству, так не люблю Комара вместе с Меламидом, и унитазов в музее...
И я испытала нутряное физическое наслаждение. Есть пейзажи, которые так на меня действуют, есть картины. А тут мятый бидон и астры в нём.
За молоком мы ходили с белым бидончиком со сколотой в углу эмалью. Кажется, на нём ещё здоровенная земляничина была намалёвана. А такого бидона с вмятинами я вообще в хозяйстве не помню.
Да, лиловые астры, конечно, – и мама, и бабушка Бабаня их очень любили.
В самый раз тут вспомнить «Дорогу уходит в даль» – "Возьмёшь ноту - ля бемоль, лиловую,сиреневую – и – слушай: это мой голос, это я с тобой разговариваю"
Но бабушкины-мамины астры были без жёлтых серединок, просто мохнатые.
Почему же, откуда это ощущение совершенной точности?
Похожее по силе на то, что я испытала, когда не могла отойти от картины Моне, на которой за окном в сад проплывает яркий платок – там и лето, и заросли, и запах слегка заброшенного сада – с сорняками, с мокрым песком после дождя, и уходящая минута, и не схватишь, – щёлкаешь пальцами, они захлопываются на пустоте, и васькин старый стих 84-го года – из окна больницы – «Но все кажется, видится из-за угла красно-серый голландский платок», и обещание, что ты сможешь вернуться и опять глядеть, и не наглядеться, и будут крутиться в голове – хоть балкон, где чай пьют, – из Бунина, из грани веков, хоть вечерняя электричка, когда проводили маму и идём светлым прозрачным вечером домой.
Вот и к этому бидону с астрами хотелось возвращаться, поводить носом, пытаясь втянуть горький запах, и про тёплые коровьи вздохи хотелось вспомнить, и услышать, как бьёт в бидон струя молока.
И глухое солнце на алюминиевом боке, не сверкающее, а поглощённое. И запах зелёной тонкой коры, когда обдираешь яростно прутик, тоже там был.
И уходящее, убегающее, не дающееся в руки – почти-почти – вот как тот вечер неделю назад, когда я снимала пасмурный закат – и он там, в копилке...
...
Может, именно поэтому я так внутренне враждебна к концептуальному искусству, так не люблю Комара вместе с Меламидом, и унитазов в музее...
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2013-09-02 03:58 pm (UTC)Поэтому против ты того "концептуального искусства", в котором ничего, кроме выражения концепции, нет. Её можно выразить словами, будет то же самое. Копать некуда. За это я не люблю большую часть сюрреализма, хотя у Дали есть и не такие вещи.
У Комара и Меламида нет ничего, кроме акции помещения предмета в кавычки. Это как-то мало интересно.
Собственно, концептуальное искусство в этом смысле ничем не отличается от фотографического реализма или от соцреализма, оно так же ограничено.
Но я не уверен, что среди называемого концептуальным искусством - как среди кубизма, среди сюрреализма, и пр. - нет вещей, рождающих слои ассоциаций. Мы ведь не всегда видим.
Мы привыкли, что сугубо невербальные вещи рождаются как бы сами, всплывают из подсознания и из впечатлений, а сугубо вербальные - концепции - возникают в результате рассуждений.
Возьми человека, который генерит идеи тем же способом, каким ты - ощущения, а не только рассуждениями. В результате рассмотрения узкой для тебя концепции у него возникают другие по непонятной для тебя ассоциации, как у тебя возникают ощущения (скажем, от Феллини) по непонятной для него ассоциации.
Тогда вердикт менее ясен. Тогда для него действительно является искусством то, что для тебя - нет. Это не вопрос произведения искусства, а вопрос его взаимодействия с человеком. И тогда приходится сказать, что просто нам это не нужно, а не что это не нужно.
no subject
Date: 2013-09-02 10:00 pm (UTC)Но как бы мне понятно, что к примеру теорема Пифагора прекрасна и удивительна, и генерация ассоциативных идей вокруг какой-то научной концепции мне кажется существенно более вероятной, чем вокруг какого-то концептуального произведения. Но возможно я и неправа. Всё, что я видела, мне казалось очень ограниченным.
no subject
Date: 2013-09-03 06:03 am (UTC)Это очень интересно. Спасибо!
no subject
Date: 2013-09-02 04:49 pm (UTC). Вот тогда, осенью, полтора месяца в колхозе как будто разбудили, опять помню запахи и свет.С тех пор снова начала чувствовать природу и полюбила Латвию.
Но провалиться в детство по- настоящему глубоко, пожалуй, могу, увидев флоксы и золотые шары. Тревожное ощущение конца лета, до слез.
А с Комаром и Меламедом вот как вышло. В Бостоне смотрела их толстенную монографию.Смотрела- смотрела на это золото погон и мастурбирующих пионерок- вдруг дико надоело и решила быстро пролистать- как мультик. И, тут Бегемот абсолютно прав- соцреализм! Никаких отличий, кроме пикантностей- то есть чисто литературного содержания. Не люблю Дали- но по сравнению с ними
- большой стиль.
Кстати, с Виталиком Комаром я училась в одной маленькой группе в Московском училище и хорошо понимаю природу его идей.
Еще раз- спасибО!
no subject
Date: 2013-09-02 04:51 pm (UTC)no subject
Date: 2013-09-02 10:41 pm (UTC)no subject
Date: 2013-09-03 01:42 pm (UTC)no subject
Date: 2013-09-02 10:03 pm (UTC)Комар с Меламидом, как и писатель Сорокин - да, конечно, чистый соц.реализм.
А у Дали мне когда-то очень нравился жёлтый Христос.
no subject
Date: 2013-09-02 06:24 pm (UTC)no subject
Date: 2013-09-02 10:04 pm (UTC)no subject
Date: 2013-09-02 07:08 pm (UTC)no subject
Date: 2013-09-02 10:04 pm (UTC)no subject
Date: 2013-09-03 11:08 am (UTC)no subject
Date: 2013-09-03 01:41 pm (UTC)no subject
Date: 2013-09-03 11:31 am (UTC)Вам с ней можно совместные произведения создавать - как Васины стихи с твоими фотографиями, но наоборот.
no subject
Date: 2013-09-03 01:41 pm (UTC)