За три дня до каникул...
Dec. 14th, 2005 05:09 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaБольше всего в Рождество я люблю последнюю неделю перед каникулами.
Всюду гирлянды и шары.
Все расслабленные и довольные – почти как в детстве, ждёшь радости.
Рождество с Новым Годом –- не просто так праздники.
Бормочется, бормочется...
«...Дул ветер из степи. И холодно было младенцу в вертепе На склоне холма. Его согревало
дыханье вола. Домашние звери Стояли в пещере...»
................
«Надо, чтоб елкою святочной Вечность средь комнаты стала. Чтобы хозяйка утыкала
Россыпью звёзд её платье, Чтобы ко всем на каникулы Съехались сёстры и братья ...»
.................
«Из-за банки кофейной халвы производит осаду прилавка грудой свёртков навьюченный
люд: каждый сам себе царь и верблюд. Сетки, сумки, авоськи, кульки, шапки, ...»
И без проблем рифмуется с дождиком из пёстрого неба.
За каникулы страшно много хочется успеть – новый курс приготовить, съездить к морю в Нормандию, чтоб побродить по песку, где по кромке воды скачут лошади, а когда уходишь с пляжа, выходишь к ёлке под ветром, и синий дождик на ней хлопает, съездить в Шартр (зайти в собор, купить устриц на рынке), съездить в Мориенваль под Парижем на севере – пофотографировать церковь одиннадцатого века.
Знаю, что успею только курс приготовить, а остальное – так. Скорее нет, чем да.
Но вот последние дни перед каникулами – такие лёгкие, невесомые – вчера на ланч ходили в японский ресторан – ели сырую рыбу под мигающей гирляндой.
Есть своя прелесть в работе в никому не интересном пригороде.
У нас несколько симпатичнейших ресторанчиков, куда мы ходим завтракать – и все они рассчитаны исключительно на «местных».
Милейшая крепарня, которую держат пожилые бретонцы. Совершенно лысый упитанный муж жарит, толстая с рукой в кольцах, которые наверняка уже не снимаются, жена – берёт заказы, приносит блины.
Замечательные громадные блинищи из гречневой муки – с салатом, козьим сыром, грибами, ветчиной, со всем на свете.
И ещё brasserie – там вечно накурено, туда часто приходят местные старушки с собачками – сплетничают и кормят собачек с вилок. Собачки торжественно восседают на плюшевых диванчиках за столиками.
А по четвергам (слава дружбе народов!) там готовят главное североафриканское блюдо – кус-кус – приносят котёл с чем-то вроде овощного супа из репки, морковки, кабачков, к нему тарелку каши–пшенички и какое-нибудь мясо. И миску, в которой всё это перемешиваешь – и аджику туда, да побольше.
Мне очень долго как-то не хотелось кус-кус пробовать – с детства терпеть не могу каш, но меня уговорили, и теперь я знаю, что очень-очень.
Хотя мой приятель по аспирантуре Ахмед утверждает, что кус-кус нельзя приготовить в ресторане, его умеют делать только бабушки, мамы да тётушки.
Мама с папой у него в Алжире, но на счастье есть тётушка, к которой он ходит по викендам на кус-кус.
Так или иначе, в brasserie по четвергам мы ходим только, если есть время – толпа – все кус-куса хотят.
Сегодня мы выпивали на работе – рядом с ёлкой, обмотанной дождиком-гирляндой – лампочки прямо в дождике.
Мне очень не везёт – я не люблю шампанского, почти единственная выпивка, которую я совсем не люблю – а все-то любят. И на всех нередких рабочих пьянках наслаждаются не просто шампанским, а хорошим шампанским, один из преподавателей французского – из Шампани.
Некоторые пришли к ёлке с детьми. Оказалось, что у новой секретарши – три разноцветные девчонки. Она белая, первый муж у неё белый, а второй – чёрный, и вот пятнадцатилетняя девчонка совсем белая, тринадцатилетняя совсем чёрная, а двенадцатилетняя – по цвету ровно посередине. А мальчишек нет вовсе.
Все получили подарки – по бутылке столь любимого Кортасаром эльзасского гевурц-траминера и по упитанному параллелепипеду гусиной печёнки foie gras. Детям, правда, подарков не было – только конфеты и пирожные.
Всюду гирлянды и шары.
Все расслабленные и довольные – почти как в детстве, ждёшь радости.
Рождество с Новым Годом –- не просто так праздники.
Бормочется, бормочется...
«...Дул ветер из степи. И холодно было младенцу в вертепе На склоне холма. Его согревало
дыханье вола. Домашние звери Стояли в пещере...»
................
«Надо, чтоб елкою святочной Вечность средь комнаты стала. Чтобы хозяйка утыкала
Россыпью звёзд её платье, Чтобы ко всем на каникулы Съехались сёстры и братья ...»
.................
«Из-за банки кофейной халвы производит осаду прилавка грудой свёртков навьюченный
люд: каждый сам себе царь и верблюд. Сетки, сумки, авоськи, кульки, шапки, ...»
И без проблем рифмуется с дождиком из пёстрого неба.
За каникулы страшно много хочется успеть – новый курс приготовить, съездить к морю в Нормандию, чтоб побродить по песку, где по кромке воды скачут лошади, а когда уходишь с пляжа, выходишь к ёлке под ветром, и синий дождик на ней хлопает, съездить в Шартр (зайти в собор, купить устриц на рынке), съездить в Мориенваль под Парижем на севере – пофотографировать церковь одиннадцатого века.
Знаю, что успею только курс приготовить, а остальное – так. Скорее нет, чем да.
Но вот последние дни перед каникулами – такие лёгкие, невесомые – вчера на ланч ходили в японский ресторан – ели сырую рыбу под мигающей гирляндой.
Есть своя прелесть в работе в никому не интересном пригороде.
У нас несколько симпатичнейших ресторанчиков, куда мы ходим завтракать – и все они рассчитаны исключительно на «местных».
Милейшая крепарня, которую держат пожилые бретонцы. Совершенно лысый упитанный муж жарит, толстая с рукой в кольцах, которые наверняка уже не снимаются, жена – берёт заказы, приносит блины.
Замечательные громадные блинищи из гречневой муки – с салатом, козьим сыром, грибами, ветчиной, со всем на свете.
И ещё brasserie – там вечно накурено, туда часто приходят местные старушки с собачками – сплетничают и кормят собачек с вилок. Собачки торжественно восседают на плюшевых диванчиках за столиками.
А по четвергам (слава дружбе народов!) там готовят главное североафриканское блюдо – кус-кус – приносят котёл с чем-то вроде овощного супа из репки, морковки, кабачков, к нему тарелку каши–пшенички и какое-нибудь мясо. И миску, в которой всё это перемешиваешь – и аджику туда, да побольше.
Мне очень долго как-то не хотелось кус-кус пробовать – с детства терпеть не могу каш, но меня уговорили, и теперь я знаю, что очень-очень.
Хотя мой приятель по аспирантуре Ахмед утверждает, что кус-кус нельзя приготовить в ресторане, его умеют делать только бабушки, мамы да тётушки.
Мама с папой у него в Алжире, но на счастье есть тётушка, к которой он ходит по викендам на кус-кус.
Так или иначе, в brasserie по четвергам мы ходим только, если есть время – толпа – все кус-куса хотят.
Сегодня мы выпивали на работе – рядом с ёлкой, обмотанной дождиком-гирляндой – лампочки прямо в дождике.
Мне очень не везёт – я не люблю шампанского, почти единственная выпивка, которую я совсем не люблю – а все-то любят. И на всех нередких рабочих пьянках наслаждаются не просто шампанским, а хорошим шампанским, один из преподавателей французского – из Шампани.
Некоторые пришли к ёлке с детьми. Оказалось, что у новой секретарши – три разноцветные девчонки. Она белая, первый муж у неё белый, а второй – чёрный, и вот пятнадцатилетняя девчонка совсем белая, тринадцатилетняя совсем чёрная, а двенадцатилетняя – по цвету ровно посередине. А мальчишек нет вовсе.
Все получили подарки – по бутылке столь любимого Кортасаром эльзасского гевурц-траминера и по упитанному параллелепипеду гусиной печёнки foie gras. Детям, правда, подарков не было – только конфеты и пирожные.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2005-12-26 02:53 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-26 03:55 pm (UTC)Теперь стилистика. Она пересолена, слишком "бродская", злоупотебление одним частым для него приёмом, - переносом фразы из строки в строку.
Кроме того, оно откровенно хамское по манере и лексике, много слов, неестественных для Бродского. Неумное и сильно растянутое, хотя у Бродского много длиннных стихов, они гораздо более насыщены. Так что до нахождения фонограммы в авторстве сомневаюсь.