![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaСначала дисклеймер: я безусловно согласна с Черчиллем, что демократия – плохо, но лучшего не придумали (это про политику). А про экономику – рынок плохо, но лучшего пока не придумали (этого, правда, Черчилль не говорил).
Мы живём в мире, полном противоречий и не желаем этих противоречий видеть. Живём, с одной стороны делая вид, что мы не умрём, а с другой, подсознательно или даже сознательно считая – после нас хоть потоп. Живём, принимая неизбежность того, что правила игры противоречат нашей этике.
Мы читаем в газетах и журналах, что в это Рождество англичане собираются покупать больше, чем в прошлое (ура англичанам, молодцы), французы немного меньше, чем в прошлое (что ж это вы, ребята, безработица ведь опять упала, а вы боитесь), а немцы (позор им, позор!) сильно меньше, чем в прошлое, совсем мало.
Мы знаем, что если мы не станем потреблять меньше энергии, – нам хана, на нас уже налетело столько ураганов, что пришлось называть их греческими буквами, не хватило латинского алфавита – и мы всё равно кричим – покупай, покупай, потому что мы знаем – меньше покупаем, меньше производим, наступает безработица, эффект домино. Кризис.
Мы намеренно производим недолговечные предметы, покупаем, выбрасываем – наша экономика не умеет работать иначе.
Мы знаем, что ещё лет через десять в Китае будет столько же машин, сколько в Америке, и что тогда мы уж определённо задохнёмся. Что ж – китайцы имеют такое же право ездить на машинах, что и американцы.
Мы собственными руками оскверняем и портим наши исторические памятники – в Риме нельзя подойти к фонтану Треви, в Венеции зайти в Сан-Марко. Толпы, очереди, сувенирное говно, экскурсоводы, собирающие группы, машущие в воздухе зонтиками и прочими палками с флажками.
Наши друзья были во Флоренции в конце сентября – они не попали в собор, очередь обвивалась вокруг него несколько раз.
Что ж – все имеют право ездить.
Мы строим многоэтажные отели на пляжах. И если бы не организации типа conservatoire du littoral, у нас не было бы побережья. Что ж – все хотят загорать.
Мы торгуем культурой и переживаем, если летом к нам приезжает недостаточно много туристов. Плохо для экономики!!!
Я когда-то уже писала о естественной для меня морали – о праве человека жить там, где ему хочется, не взирая на границы и документы. Я прекрасно понимаю, что это утопия. Но вот тратить деньги там, где ему хочется, – это, между прочим, пожалуйста, это нам, приличным налогоплательщикам, только выгодно – краткосрочно выгодно, а после нас хоть...
Очень я люблю у Гарика: «Сломав берёзу иль осину, подумай, что оставишь сыну. Что будет сын тогда ломать, остановись, ебёна мать!»
Для экономики хороша глобализация – вперёд, а дети пусть приспосабливаются, пусть находят себе занятия, которые в нашем обществе хорошо продаются, пусть становятся администраторами и менеджерами.
А самое смешное, что нынче дети как правило сами готовы идти учиться чему-нибудь солидному, бизнесу например, и не приходится родителям розгами загонять их в такую учёбу, с детства над детьми витают слова безопасность и обеспеченность.
Я близко знакома с двумя людьми (один натуральный американец, второй живёт в Америке, а когда-то из Питера), которые в юности задумывались о том, что если бы им предложили полететь в космос без гарантий возвращения, они бы, возможно, согласились. Юность их пришлась на семидесятые.
Оба они физики, – один вылетел из науки из-за того, что не нашёл постоянного места, второй – благополучный профессор. Оба пошли в науку, потому что верили, что удастся понять, как устроен мир, выражаясь высокопарно.
Сколько сейчас детей, мечтающих стать космонавтами или учёными?
А дети ведь не стали хуже или скучнее, дети, наверно, по-человечески стали только лучше.
Это у общества нет больше идей, общество толкает человека к тому, чтоб он стал просто потребителем, хорошим, добрым, внимательным к людям, но потребителем, пусть даже потребляющим культуру.
А ведь человек по природе любопытен, ему свойственно задавать вопросы, искать, идти на риск.
Конечно, люди находят какие-то выходы из положения – кто-то уезжает в Африку с благотворительными организациями, кто-то пытается искать какую-нибудь полезную деятельность дома.
Я это совершенно регулярно вижу на своих студентах.
Ходить на работу, получать зарплату, ходить в театр и читать книжки – этого человеку, во всяком случае, юному, сугубо недостаточно.
Даже, если эта работа интересная. Чтоб было достаточно, нужно, чтоб была не работа, а страсть. А это не каждому достаётся.
И в этом нашем обществе живёт низший класс – люди без образования – не интеллигенты, не крестьяне, не ремесленники. Обыкновенный городской низший класс.
Вот растёт ребёнок в семье, где папа и мама работают за гроши – подметают, сидят в кассе, или пособие получают, ведут растительный образ жизни, имеют кругозор червяков...
Если ребёнок способный, если семья живёт в нормальном месте, у ребёнка есть шансы – он может встретить хорошего учителя, вокруг него может быть какая-нибудь красота...
Я близко знаю одного такого ребёнка – это мой второй муж. Американец. Одинокий мальчик, очень умный и способный, выросший в дикарской семье.
К счастью он рос в доме на окраине маленького городка, рядом были лес и речка. И он уходил в лес, ловил в речке форель... К счастью он встретил учителя физики, заметившего способного мальчишку.
А если семья живёт в жутком месте – в бетонной коробке среди других бетонных коробок, и в школе соседи по парте все из похожих семей. И не повезло с учителем. Тогда что?
Что наше общество предлагает такому ребёнку? Во что он должен интегрироваться?
Получается, что в бесконечное покупание-потребление. Подросток идёт по улице или едет в метро – что ему предлагают со стен – купить то-сё-пятое-десятое. Там дешевле, тут лучше.
Нет, конечно, на стенках предлагают не только это – предлагают заниматься самой разнообразной благотворительностью – брать детей на викенды и на лето, навещать стариков, посылать еду в Африку, брать на воспитание щенков – будущих собак-поводырей... Только ведь подросток из дикой семьи – до чтения добрых и умных надписей на стенках надо ещё дорасти.
А покупать – действует – вообще считается, что на детей реклама сильней всего действует.
Вот и предлагает общество подростку – стань обычным потребителем, – ешь, пей, сиди в кассе в супермаркете, покупай в меру своих возможностей, а по вечерам смотри телевизор – общество будет довольно.
А слабО поставить себя на секунду на место человека, который целый день сидит за кассой, получает свои скудные деньги, идёт в дешёвый супермаркет, покупает там невкусные дешёвые испанские помидоры, невкусную дешёвую испанскую клубнику, потом приходит домой и телевизор включает? Повеситься не хочется?
Можно, конечно, говорить, что он сам виноват – надо было идти учиться. Но ведь он исходно учился в школе, из которой не вынес никакой любви к знаниям. Да он зачастую и не знает, что это значит – учиться.
А если кто не способен учиться? Ему что – застрелиться и не жить?
Когда этому вот отпетому подростку предлагают что-нибудь выходящее за рамки обыденности, он это хватает – вот та же тётка, которая отчасти на свои деньги, отчасти на государственные, держит с десяток детей, сбежавших из дома, у себя на лошадиной ферме и даёт им «лошадиные» профессии. Эти отпетые хулиганские дети принимают даже навязанную им железную дисциплину, – потому что им интересно, интересно и всё тут.
И ещё одно. Мы живём в мире, в котором вовсю работает закон Паркинсона – каждый дорастает до уровня своей некомпенентности. Мы живём в мире, в котором мы не разбираемся, мы вынуждены полагаться на экспертов, а доверяем ли мы экспертам? Если эксперты – это политики, то троекратное нет.
Голосуем мы, как правило, выбирая меньшее из зол.
Если же вспомнить референдум об европейской конституции, так ведь просто смешно – никто не знает, лучше принять эту конституцию, или лучше её не принимать, – и политики не знают, и обыватели, – всё это голосование – только столкновение амбиций.
Я оптимистка по природе, непрошибаемая оптимистка, и я, в отличие от Бодрийара, верю, что хорошим образованием, интересными кружками для конкретного человека можно решить многое – за счёт того, что у него появятся непотребительские интересы... Он после работы пойдёт петь в хор, или играть в театре, как делают почти все мои знакомые французы.
Но только обществу невозможно долго без цели, без борьбы, без преодоления – жизнь общества в шестидесятые, когда верили в познание мира, в освоение космоса, в свободу – была куда интересней и значимей.
Если кто дочитал, извините за занудство.
Мы живём в мире, полном противоречий и не желаем этих противоречий видеть. Живём, с одной стороны делая вид, что мы не умрём, а с другой, подсознательно или даже сознательно считая – после нас хоть потоп. Живём, принимая неизбежность того, что правила игры противоречат нашей этике.
Мы читаем в газетах и журналах, что в это Рождество англичане собираются покупать больше, чем в прошлое (ура англичанам, молодцы), французы немного меньше, чем в прошлое (что ж это вы, ребята, безработица ведь опять упала, а вы боитесь), а немцы (позор им, позор!) сильно меньше, чем в прошлое, совсем мало.
Мы знаем, что если мы не станем потреблять меньше энергии, – нам хана, на нас уже налетело столько ураганов, что пришлось называть их греческими буквами, не хватило латинского алфавита – и мы всё равно кричим – покупай, покупай, потому что мы знаем – меньше покупаем, меньше производим, наступает безработица, эффект домино. Кризис.
Мы намеренно производим недолговечные предметы, покупаем, выбрасываем – наша экономика не умеет работать иначе.
Мы знаем, что ещё лет через десять в Китае будет столько же машин, сколько в Америке, и что тогда мы уж определённо задохнёмся. Что ж – китайцы имеют такое же право ездить на машинах, что и американцы.
Мы собственными руками оскверняем и портим наши исторические памятники – в Риме нельзя подойти к фонтану Треви, в Венеции зайти в Сан-Марко. Толпы, очереди, сувенирное говно, экскурсоводы, собирающие группы, машущие в воздухе зонтиками и прочими палками с флажками.
Наши друзья были во Флоренции в конце сентября – они не попали в собор, очередь обвивалась вокруг него несколько раз.
Что ж – все имеют право ездить.
Мы строим многоэтажные отели на пляжах. И если бы не организации типа conservatoire du littoral, у нас не было бы побережья. Что ж – все хотят загорать.
Мы торгуем культурой и переживаем, если летом к нам приезжает недостаточно много туристов. Плохо для экономики!!!
Я когда-то уже писала о естественной для меня морали – о праве человека жить там, где ему хочется, не взирая на границы и документы. Я прекрасно понимаю, что это утопия. Но вот тратить деньги там, где ему хочется, – это, между прочим, пожалуйста, это нам, приличным налогоплательщикам, только выгодно – краткосрочно выгодно, а после нас хоть...
Очень я люблю у Гарика: «Сломав берёзу иль осину, подумай, что оставишь сыну. Что будет сын тогда ломать, остановись, ебёна мать!»
Для экономики хороша глобализация – вперёд, а дети пусть приспосабливаются, пусть находят себе занятия, которые в нашем обществе хорошо продаются, пусть становятся администраторами и менеджерами.
А самое смешное, что нынче дети как правило сами готовы идти учиться чему-нибудь солидному, бизнесу например, и не приходится родителям розгами загонять их в такую учёбу, с детства над детьми витают слова безопасность и обеспеченность.
Я близко знакома с двумя людьми (один натуральный американец, второй живёт в Америке, а когда-то из Питера), которые в юности задумывались о том, что если бы им предложили полететь в космос без гарантий возвращения, они бы, возможно, согласились. Юность их пришлась на семидесятые.
Оба они физики, – один вылетел из науки из-за того, что не нашёл постоянного места, второй – благополучный профессор. Оба пошли в науку, потому что верили, что удастся понять, как устроен мир, выражаясь высокопарно.
Сколько сейчас детей, мечтающих стать космонавтами или учёными?
А дети ведь не стали хуже или скучнее, дети, наверно, по-человечески стали только лучше.
Это у общества нет больше идей, общество толкает человека к тому, чтоб он стал просто потребителем, хорошим, добрым, внимательным к людям, но потребителем, пусть даже потребляющим культуру.
А ведь человек по природе любопытен, ему свойственно задавать вопросы, искать, идти на риск.
Конечно, люди находят какие-то выходы из положения – кто-то уезжает в Африку с благотворительными организациями, кто-то пытается искать какую-нибудь полезную деятельность дома.
Я это совершенно регулярно вижу на своих студентах.
Ходить на работу, получать зарплату, ходить в театр и читать книжки – этого человеку, во всяком случае, юному, сугубо недостаточно.
Даже, если эта работа интересная. Чтоб было достаточно, нужно, чтоб была не работа, а страсть. А это не каждому достаётся.
И в этом нашем обществе живёт низший класс – люди без образования – не интеллигенты, не крестьяне, не ремесленники. Обыкновенный городской низший класс.
Вот растёт ребёнок в семье, где папа и мама работают за гроши – подметают, сидят в кассе, или пособие получают, ведут растительный образ жизни, имеют кругозор червяков...
Если ребёнок способный, если семья живёт в нормальном месте, у ребёнка есть шансы – он может встретить хорошего учителя, вокруг него может быть какая-нибудь красота...
Я близко знаю одного такого ребёнка – это мой второй муж. Американец. Одинокий мальчик, очень умный и способный, выросший в дикарской семье.
К счастью он рос в доме на окраине маленького городка, рядом были лес и речка. И он уходил в лес, ловил в речке форель... К счастью он встретил учителя физики, заметившего способного мальчишку.
А если семья живёт в жутком месте – в бетонной коробке среди других бетонных коробок, и в школе соседи по парте все из похожих семей. И не повезло с учителем. Тогда что?
Что наше общество предлагает такому ребёнку? Во что он должен интегрироваться?
Получается, что в бесконечное покупание-потребление. Подросток идёт по улице или едет в метро – что ему предлагают со стен – купить то-сё-пятое-десятое. Там дешевле, тут лучше.
Нет, конечно, на стенках предлагают не только это – предлагают заниматься самой разнообразной благотворительностью – брать детей на викенды и на лето, навещать стариков, посылать еду в Африку, брать на воспитание щенков – будущих собак-поводырей... Только ведь подросток из дикой семьи – до чтения добрых и умных надписей на стенках надо ещё дорасти.
А покупать – действует – вообще считается, что на детей реклама сильней всего действует.
Вот и предлагает общество подростку – стань обычным потребителем, – ешь, пей, сиди в кассе в супермаркете, покупай в меру своих возможностей, а по вечерам смотри телевизор – общество будет довольно.
А слабО поставить себя на секунду на место человека, который целый день сидит за кассой, получает свои скудные деньги, идёт в дешёвый супермаркет, покупает там невкусные дешёвые испанские помидоры, невкусную дешёвую испанскую клубнику, потом приходит домой и телевизор включает? Повеситься не хочется?
Можно, конечно, говорить, что он сам виноват – надо было идти учиться. Но ведь он исходно учился в школе, из которой не вынес никакой любви к знаниям. Да он зачастую и не знает, что это значит – учиться.
А если кто не способен учиться? Ему что – застрелиться и не жить?
Когда этому вот отпетому подростку предлагают что-нибудь выходящее за рамки обыденности, он это хватает – вот та же тётка, которая отчасти на свои деньги, отчасти на государственные, держит с десяток детей, сбежавших из дома, у себя на лошадиной ферме и даёт им «лошадиные» профессии. Эти отпетые хулиганские дети принимают даже навязанную им железную дисциплину, – потому что им интересно, интересно и всё тут.
И ещё одно. Мы живём в мире, в котором вовсю работает закон Паркинсона – каждый дорастает до уровня своей некомпенентности. Мы живём в мире, в котором мы не разбираемся, мы вынуждены полагаться на экспертов, а доверяем ли мы экспертам? Если эксперты – это политики, то троекратное нет.
Голосуем мы, как правило, выбирая меньшее из зол.
Если же вспомнить референдум об европейской конституции, так ведь просто смешно – никто не знает, лучше принять эту конституцию, или лучше её не принимать, – и политики не знают, и обыватели, – всё это голосование – только столкновение амбиций.
Я оптимистка по природе, непрошибаемая оптимистка, и я, в отличие от Бодрийара, верю, что хорошим образованием, интересными кружками для конкретного человека можно решить многое – за счёт того, что у него появятся непотребительские интересы... Он после работы пойдёт петь в хор, или играть в театре, как делают почти все мои знакомые французы.
Но только обществу невозможно долго без цели, без борьбы, без преодоления – жизнь общества в шестидесятые, когда верили в познание мира, в освоение космоса, в свободу – была куда интересней и значимей.
Если кто дочитал, извините за занудство.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2005-12-06 05:26 pm (UTC)(не только человеческой волей,
но и обстоятельствами типа СССР). Я просто хочу
сказать, что рынок в чистом виде, рынок как принцип
- это в 100 раз больший ужас будет, чем совэкономика во всей
красе своего маразма. Худшего, по-моему, еще не придумали!
А сейчас этот принцип реально воплощают в жизнь.
>советская экономика, и это мы знаем, к чему приводит
Пока у нас не начался этот чертов "рынок", мне и
в голову не приходило никуда уезжать, несмотря на все
характерные бытовые трудности...
no subject
Date: 2005-12-07 11:37 am (UTC)no subject
Date: 2005-12-07 01:23 pm (UTC)никакого "режима" особенно не было - вершина перестройки; а уезжали тогда
ну очень в массовом порядке. Под старыми лозунгами, естественно.
И врали в американском посольстве с три короба,
чтобы записаться в политбеженцы. Не все, конечно; но тоже "многие".
Но это вообще-то к теме не относится. Мы же про экономику говорили.
no subject
Date: 2005-12-07 03:08 pm (UTC)Не хочу её развивать сейчас, а то мы совсем погрязнем, а надо бы и поработать, но эмиграция 89-90 радикально отличалась от предыдущей, кстати, появились первые люди, садившиеся на пособие, в предыдущей, третьей эмиграции, этого практически не было.
Уезжали часто совсем неприспособленные люди - от страха - разного и очень сильного.
Ну, а в 91, насколько мне говорили, еды и вовсе не стало.
no subject
Date: 2005-12-07 03:11 pm (UTC)Хотя разносолов особенных тоже не было, да.
Мелкие неприятности.
no subject
Date: 2005-12-07 04:37 pm (UTC)Ну, а провинция - особ статья. Я уехала в 79-ом. Эмигрировала. И была из первых, приехавших - не в гости, сначала по туриствкой визе летом 85-го, а потом с Джейком месяц в Дубне осенью 86-го. Так вот в Дубне в магазине, кроме рыбных консервов, не было ничего.
А ещё в 70-х моя мама ездила к родственникам в Пензу и везла куриц в подарок - это там счастье было и невидаль.
В Питере в 70-ые было именно отсутствие разносолов. То есть, в повседневной жизни не мешало. Хотя, надо сказать, зима без овощей - не слишком хорошее дело. Впрочем, кислая капуста была и грибы солёные, очень жизнь украшало.
no subject
Date: 2005-12-07 05:01 pm (UTC)Ивините, а Вы ничего не путаете? В 86-ом году магазины Дубны не ломились от сказочного изобилия, но основной набор продуктов там был.
no subject
Date: 2005-12-09 09:37 am (UTC)Мы с Джейком жили в гостинице, в которой жило не так мало людей из Союза, приехавших надолго и даже навсегда.
Ко мне приехали родители из Питера и сняли частную квартиру. Друзья тоже приезжали и останавливались в этой квартире.
В электричках ездили люди с большими баулами - в Москву за продуктами. Работавшим в научных институтах бывали регулярные выдачи.
Однажды мы послали папу в гастроном, куда завезли вино, он вернулся и сказал, что ежели мы хотим живого отца, так придётся без вина.
Тогда мы послали его в другой гастроном, - за едой. Он у какого-то мужичка на улице спросил, где магазин, и тот его в ответ спросил, зачем ему, дескать, в магазине всё равно ни фига нет. И действительно не было.
Ну, может, я преувеличила, и там были не только рыбные консервы.
Только рыбные консервы и конфеты "подушечка" я видела в ауле Хурзук в начале 70-х (на западном северном Кавказе, в горах).
Когда я уезжала, в 79-ом, я бы и сказала, что не было изобилия, но был основной набор продуктов (в Питере, но не в Пензе), в 86-ом в Дубне было определённо хуже.
no subject
Date: 2005-12-09 03:06 pm (UTC)Я к тому, что Ваше преувеличение могло бы подойти к ситуации в дубненских магазинах году в 89-90-ом, но никак не 86-ом.
Отвлекаясь от ситуации с алкоголем, точно помню, что в 86-ом в магазинах всегда был весь набор молочных продуктов, вареная колбаса, мороженая рыба и печального вида мясо, конфеты, в том числе шоколадные, всякие вафли, печенья, сушки-баранки. Ажиотаж и, как следствие, очереди вызывали копченая колбаса, свежая рыба и «вырезка», овощные консервы из братских стран, фрукты.
no subject
Date: 2005-12-10 01:21 am (UTC)no subject
Date: 2005-12-08 09:37 am (UTC)no subject
Date: 2005-12-08 09:53 am (UTC)no subject
Date: 2005-12-08 10:10 am (UTC)no subject
Date: 2005-12-08 02:47 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-08 02:52 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-08 04:39 pm (UTC)91 - eto "sovetskoe" vremya s zhutkim deficitom,
kogda pochti nichego ne bylo v magazine.
92 - eto god "rynochnyh reform" i "svobodnyh cen",
kogda v magazinah vse poyavilos', no ni u kogo ne
bylo deneg eto kupit'.
Boyus', chto odnoklassnica umerla imenno ot etogo.
Ya primerno o tom zhe i govoryu - chto "sovok" po
sravneniyu s tem, chto nachalos' potom, ne vyglyadit
osobenno uzhasno.
no subject
Date: 2005-12-09 08:49 am (UTC)no subject
Date: 2005-12-09 09:44 am (UTC)Как когда-то сказал Синявский, когда мы вместе смотрели у них какую-то запись зюгановского выступления - "ужас в том. что, что говорит этот партийный долбоёб, должна была сказать интеллигенция". А интеллигенция говорила - "ура, свобода" и плевала на слабых, за что, впрочем, страшно поплатилась.
Кстати, во всех отношениях. Убийство науки в России - это тоже постсоветские дела.
no subject
Date: 2005-12-09 10:01 am (UTC)(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2005-12-09 11:50 am (UTC)А довольно большая часть "интеллигенции" неплохо
устроилась и теперь вещает что-нибудь типа
"10 лет назад наши танки расстрелляли восставшую
большевистскую сволочь" (о событиях 93 года).
Это, конечно, крайний случай, но некрайних тоже бывает,
и много, к сожалению.
экономика
Date: 2005-12-09 11:35 am (UTC)А это главное. 20 лет после 91 года или даже 89 не так уж далеко. посмотрим, какими будут ИХ последствия...
Re: экономика
Date: 2005-12-09 11:45 am (UTC)тех, кто пришел после. Я понимаю, что для Вас СССР -
больная тема, поэтому возражать не буду. Но думаю, что знакома
с ситуацией лучше, чем Вы, т.к. провожу довольно много
времени в России; столько, сколько могу.
Re: экономика
From:Re: экономика
From:Re: экономика
From:Re: экономика
From:Re: экономика
From:Re: экономика
From:Re: экономика
From:Re: экономика
From:Re: экономика
From:Re: экономика
Date: 2005-12-09 11:45 am (UTC)( совсем по другому поводу). Зато человеческая память так сделана, что плохое забывается быстрее, чем хорошее.
no subject
Date: 2005-12-09 11:41 am (UTC)не все еще вымерли, существует как раз с советских
времен. Наша новая власть качает нефть, разведанную
сов. геологами, на сделанной в сов. время аппаратуре.
Сейчас как раз начинаются проблемы, поскольку
многое пришло в негодность.
Откуда взялась Ваша цифра в 20 лет, просто не понимаю.
(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2005-12-07 03:14 pm (UTC)