![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaСначала дисклеймер: я безусловно согласна с Черчиллем, что демократия – плохо, но лучшего не придумали (это про политику). А про экономику – рынок плохо, но лучшего пока не придумали (этого, правда, Черчилль не говорил).
Мы живём в мире, полном противоречий и не желаем этих противоречий видеть. Живём, с одной стороны делая вид, что мы не умрём, а с другой, подсознательно или даже сознательно считая – после нас хоть потоп. Живём, принимая неизбежность того, что правила игры противоречат нашей этике.
Мы читаем в газетах и журналах, что в это Рождество англичане собираются покупать больше, чем в прошлое (ура англичанам, молодцы), французы немного меньше, чем в прошлое (что ж это вы, ребята, безработица ведь опять упала, а вы боитесь), а немцы (позор им, позор!) сильно меньше, чем в прошлое, совсем мало.
Мы знаем, что если мы не станем потреблять меньше энергии, – нам хана, на нас уже налетело столько ураганов, что пришлось называть их греческими буквами, не хватило латинского алфавита – и мы всё равно кричим – покупай, покупай, потому что мы знаем – меньше покупаем, меньше производим, наступает безработица, эффект домино. Кризис.
Мы намеренно производим недолговечные предметы, покупаем, выбрасываем – наша экономика не умеет работать иначе.
Мы знаем, что ещё лет через десять в Китае будет столько же машин, сколько в Америке, и что тогда мы уж определённо задохнёмся. Что ж – китайцы имеют такое же право ездить на машинах, что и американцы.
Мы собственными руками оскверняем и портим наши исторические памятники – в Риме нельзя подойти к фонтану Треви, в Венеции зайти в Сан-Марко. Толпы, очереди, сувенирное говно, экскурсоводы, собирающие группы, машущие в воздухе зонтиками и прочими палками с флажками.
Наши друзья были во Флоренции в конце сентября – они не попали в собор, очередь обвивалась вокруг него несколько раз.
Что ж – все имеют право ездить.
Мы строим многоэтажные отели на пляжах. И если бы не организации типа conservatoire du littoral, у нас не было бы побережья. Что ж – все хотят загорать.
Мы торгуем культурой и переживаем, если летом к нам приезжает недостаточно много туристов. Плохо для экономики!!!
Я когда-то уже писала о естественной для меня морали – о праве человека жить там, где ему хочется, не взирая на границы и документы. Я прекрасно понимаю, что это утопия. Но вот тратить деньги там, где ему хочется, – это, между прочим, пожалуйста, это нам, приличным налогоплательщикам, только выгодно – краткосрочно выгодно, а после нас хоть...
Очень я люблю у Гарика: «Сломав берёзу иль осину, подумай, что оставишь сыну. Что будет сын тогда ломать, остановись, ебёна мать!»
Для экономики хороша глобализация – вперёд, а дети пусть приспосабливаются, пусть находят себе занятия, которые в нашем обществе хорошо продаются, пусть становятся администраторами и менеджерами.
А самое смешное, что нынче дети как правило сами готовы идти учиться чему-нибудь солидному, бизнесу например, и не приходится родителям розгами загонять их в такую учёбу, с детства над детьми витают слова безопасность и обеспеченность.
Я близко знакома с двумя людьми (один натуральный американец, второй живёт в Америке, а когда-то из Питера), которые в юности задумывались о том, что если бы им предложили полететь в космос без гарантий возвращения, они бы, возможно, согласились. Юность их пришлась на семидесятые.
Оба они физики, – один вылетел из науки из-за того, что не нашёл постоянного места, второй – благополучный профессор. Оба пошли в науку, потому что верили, что удастся понять, как устроен мир, выражаясь высокопарно.
Сколько сейчас детей, мечтающих стать космонавтами или учёными?
А дети ведь не стали хуже или скучнее, дети, наверно, по-человечески стали только лучше.
Это у общества нет больше идей, общество толкает человека к тому, чтоб он стал просто потребителем, хорошим, добрым, внимательным к людям, но потребителем, пусть даже потребляющим культуру.
А ведь человек по природе любопытен, ему свойственно задавать вопросы, искать, идти на риск.
Конечно, люди находят какие-то выходы из положения – кто-то уезжает в Африку с благотворительными организациями, кто-то пытается искать какую-нибудь полезную деятельность дома.
Я это совершенно регулярно вижу на своих студентах.
Ходить на работу, получать зарплату, ходить в театр и читать книжки – этого человеку, во всяком случае, юному, сугубо недостаточно.
Даже, если эта работа интересная. Чтоб было достаточно, нужно, чтоб была не работа, а страсть. А это не каждому достаётся.
И в этом нашем обществе живёт низший класс – люди без образования – не интеллигенты, не крестьяне, не ремесленники. Обыкновенный городской низший класс.
Вот растёт ребёнок в семье, где папа и мама работают за гроши – подметают, сидят в кассе, или пособие получают, ведут растительный образ жизни, имеют кругозор червяков...
Если ребёнок способный, если семья живёт в нормальном месте, у ребёнка есть шансы – он может встретить хорошего учителя, вокруг него может быть какая-нибудь красота...
Я близко знаю одного такого ребёнка – это мой второй муж. Американец. Одинокий мальчик, очень умный и способный, выросший в дикарской семье.
К счастью он рос в доме на окраине маленького городка, рядом были лес и речка. И он уходил в лес, ловил в речке форель... К счастью он встретил учителя физики, заметившего способного мальчишку.
А если семья живёт в жутком месте – в бетонной коробке среди других бетонных коробок, и в школе соседи по парте все из похожих семей. И не повезло с учителем. Тогда что?
Что наше общество предлагает такому ребёнку? Во что он должен интегрироваться?
Получается, что в бесконечное покупание-потребление. Подросток идёт по улице или едет в метро – что ему предлагают со стен – купить то-сё-пятое-десятое. Там дешевле, тут лучше.
Нет, конечно, на стенках предлагают не только это – предлагают заниматься самой разнообразной благотворительностью – брать детей на викенды и на лето, навещать стариков, посылать еду в Африку, брать на воспитание щенков – будущих собак-поводырей... Только ведь подросток из дикой семьи – до чтения добрых и умных надписей на стенках надо ещё дорасти.
А покупать – действует – вообще считается, что на детей реклама сильней всего действует.
Вот и предлагает общество подростку – стань обычным потребителем, – ешь, пей, сиди в кассе в супермаркете, покупай в меру своих возможностей, а по вечерам смотри телевизор – общество будет довольно.
А слабО поставить себя на секунду на место человека, который целый день сидит за кассой, получает свои скудные деньги, идёт в дешёвый супермаркет, покупает там невкусные дешёвые испанские помидоры, невкусную дешёвую испанскую клубнику, потом приходит домой и телевизор включает? Повеситься не хочется?
Можно, конечно, говорить, что он сам виноват – надо было идти учиться. Но ведь он исходно учился в школе, из которой не вынес никакой любви к знаниям. Да он зачастую и не знает, что это значит – учиться.
А если кто не способен учиться? Ему что – застрелиться и не жить?
Когда этому вот отпетому подростку предлагают что-нибудь выходящее за рамки обыденности, он это хватает – вот та же тётка, которая отчасти на свои деньги, отчасти на государственные, держит с десяток детей, сбежавших из дома, у себя на лошадиной ферме и даёт им «лошадиные» профессии. Эти отпетые хулиганские дети принимают даже навязанную им железную дисциплину, – потому что им интересно, интересно и всё тут.
И ещё одно. Мы живём в мире, в котором вовсю работает закон Паркинсона – каждый дорастает до уровня своей некомпенентности. Мы живём в мире, в котором мы не разбираемся, мы вынуждены полагаться на экспертов, а доверяем ли мы экспертам? Если эксперты – это политики, то троекратное нет.
Голосуем мы, как правило, выбирая меньшее из зол.
Если же вспомнить референдум об европейской конституции, так ведь просто смешно – никто не знает, лучше принять эту конституцию, или лучше её не принимать, – и политики не знают, и обыватели, – всё это голосование – только столкновение амбиций.
Я оптимистка по природе, непрошибаемая оптимистка, и я, в отличие от Бодрийара, верю, что хорошим образованием, интересными кружками для конкретного человека можно решить многое – за счёт того, что у него появятся непотребительские интересы... Он после работы пойдёт петь в хор, или играть в театре, как делают почти все мои знакомые французы.
Но только обществу невозможно долго без цели, без борьбы, без преодоления – жизнь общества в шестидесятые, когда верили в познание мира, в освоение космоса, в свободу – была куда интересней и значимей.
Если кто дочитал, извините за занудство.
Мы живём в мире, полном противоречий и не желаем этих противоречий видеть. Живём, с одной стороны делая вид, что мы не умрём, а с другой, подсознательно или даже сознательно считая – после нас хоть потоп. Живём, принимая неизбежность того, что правила игры противоречат нашей этике.
Мы читаем в газетах и журналах, что в это Рождество англичане собираются покупать больше, чем в прошлое (ура англичанам, молодцы), французы немного меньше, чем в прошлое (что ж это вы, ребята, безработица ведь опять упала, а вы боитесь), а немцы (позор им, позор!) сильно меньше, чем в прошлое, совсем мало.
Мы знаем, что если мы не станем потреблять меньше энергии, – нам хана, на нас уже налетело столько ураганов, что пришлось называть их греческими буквами, не хватило латинского алфавита – и мы всё равно кричим – покупай, покупай, потому что мы знаем – меньше покупаем, меньше производим, наступает безработица, эффект домино. Кризис.
Мы намеренно производим недолговечные предметы, покупаем, выбрасываем – наша экономика не умеет работать иначе.
Мы знаем, что ещё лет через десять в Китае будет столько же машин, сколько в Америке, и что тогда мы уж определённо задохнёмся. Что ж – китайцы имеют такое же право ездить на машинах, что и американцы.
Мы собственными руками оскверняем и портим наши исторические памятники – в Риме нельзя подойти к фонтану Треви, в Венеции зайти в Сан-Марко. Толпы, очереди, сувенирное говно, экскурсоводы, собирающие группы, машущие в воздухе зонтиками и прочими палками с флажками.
Наши друзья были во Флоренции в конце сентября – они не попали в собор, очередь обвивалась вокруг него несколько раз.
Что ж – все имеют право ездить.
Мы строим многоэтажные отели на пляжах. И если бы не организации типа conservatoire du littoral, у нас не было бы побережья. Что ж – все хотят загорать.
Мы торгуем культурой и переживаем, если летом к нам приезжает недостаточно много туристов. Плохо для экономики!!!
Я когда-то уже писала о естественной для меня морали – о праве человека жить там, где ему хочется, не взирая на границы и документы. Я прекрасно понимаю, что это утопия. Но вот тратить деньги там, где ему хочется, – это, между прочим, пожалуйста, это нам, приличным налогоплательщикам, только выгодно – краткосрочно выгодно, а после нас хоть...
Очень я люблю у Гарика: «Сломав берёзу иль осину, подумай, что оставишь сыну. Что будет сын тогда ломать, остановись, ебёна мать!»
Для экономики хороша глобализация – вперёд, а дети пусть приспосабливаются, пусть находят себе занятия, которые в нашем обществе хорошо продаются, пусть становятся администраторами и менеджерами.
А самое смешное, что нынче дети как правило сами готовы идти учиться чему-нибудь солидному, бизнесу например, и не приходится родителям розгами загонять их в такую учёбу, с детства над детьми витают слова безопасность и обеспеченность.
Я близко знакома с двумя людьми (один натуральный американец, второй живёт в Америке, а когда-то из Питера), которые в юности задумывались о том, что если бы им предложили полететь в космос без гарантий возвращения, они бы, возможно, согласились. Юность их пришлась на семидесятые.
Оба они физики, – один вылетел из науки из-за того, что не нашёл постоянного места, второй – благополучный профессор. Оба пошли в науку, потому что верили, что удастся понять, как устроен мир, выражаясь высокопарно.
Сколько сейчас детей, мечтающих стать космонавтами или учёными?
А дети ведь не стали хуже или скучнее, дети, наверно, по-человечески стали только лучше.
Это у общества нет больше идей, общество толкает человека к тому, чтоб он стал просто потребителем, хорошим, добрым, внимательным к людям, но потребителем, пусть даже потребляющим культуру.
А ведь человек по природе любопытен, ему свойственно задавать вопросы, искать, идти на риск.
Конечно, люди находят какие-то выходы из положения – кто-то уезжает в Африку с благотворительными организациями, кто-то пытается искать какую-нибудь полезную деятельность дома.
Я это совершенно регулярно вижу на своих студентах.
Ходить на работу, получать зарплату, ходить в театр и читать книжки – этого человеку, во всяком случае, юному, сугубо недостаточно.
Даже, если эта работа интересная. Чтоб было достаточно, нужно, чтоб была не работа, а страсть. А это не каждому достаётся.
И в этом нашем обществе живёт низший класс – люди без образования – не интеллигенты, не крестьяне, не ремесленники. Обыкновенный городской низший класс.
Вот растёт ребёнок в семье, где папа и мама работают за гроши – подметают, сидят в кассе, или пособие получают, ведут растительный образ жизни, имеют кругозор червяков...
Если ребёнок способный, если семья живёт в нормальном месте, у ребёнка есть шансы – он может встретить хорошего учителя, вокруг него может быть какая-нибудь красота...
Я близко знаю одного такого ребёнка – это мой второй муж. Американец. Одинокий мальчик, очень умный и способный, выросший в дикарской семье.
К счастью он рос в доме на окраине маленького городка, рядом были лес и речка. И он уходил в лес, ловил в речке форель... К счастью он встретил учителя физики, заметившего способного мальчишку.
А если семья живёт в жутком месте – в бетонной коробке среди других бетонных коробок, и в школе соседи по парте все из похожих семей. И не повезло с учителем. Тогда что?
Что наше общество предлагает такому ребёнку? Во что он должен интегрироваться?
Получается, что в бесконечное покупание-потребление. Подросток идёт по улице или едет в метро – что ему предлагают со стен – купить то-сё-пятое-десятое. Там дешевле, тут лучше.
Нет, конечно, на стенках предлагают не только это – предлагают заниматься самой разнообразной благотворительностью – брать детей на викенды и на лето, навещать стариков, посылать еду в Африку, брать на воспитание щенков – будущих собак-поводырей... Только ведь подросток из дикой семьи – до чтения добрых и умных надписей на стенках надо ещё дорасти.
А покупать – действует – вообще считается, что на детей реклама сильней всего действует.
Вот и предлагает общество подростку – стань обычным потребителем, – ешь, пей, сиди в кассе в супермаркете, покупай в меру своих возможностей, а по вечерам смотри телевизор – общество будет довольно.
А слабО поставить себя на секунду на место человека, который целый день сидит за кассой, получает свои скудные деньги, идёт в дешёвый супермаркет, покупает там невкусные дешёвые испанские помидоры, невкусную дешёвую испанскую клубнику, потом приходит домой и телевизор включает? Повеситься не хочется?
Можно, конечно, говорить, что он сам виноват – надо было идти учиться. Но ведь он исходно учился в школе, из которой не вынес никакой любви к знаниям. Да он зачастую и не знает, что это значит – учиться.
А если кто не способен учиться? Ему что – застрелиться и не жить?
Когда этому вот отпетому подростку предлагают что-нибудь выходящее за рамки обыденности, он это хватает – вот та же тётка, которая отчасти на свои деньги, отчасти на государственные, держит с десяток детей, сбежавших из дома, у себя на лошадиной ферме и даёт им «лошадиные» профессии. Эти отпетые хулиганские дети принимают даже навязанную им железную дисциплину, – потому что им интересно, интересно и всё тут.
И ещё одно. Мы живём в мире, в котором вовсю работает закон Паркинсона – каждый дорастает до уровня своей некомпенентности. Мы живём в мире, в котором мы не разбираемся, мы вынуждены полагаться на экспертов, а доверяем ли мы экспертам? Если эксперты – это политики, то троекратное нет.
Голосуем мы, как правило, выбирая меньшее из зол.
Если же вспомнить референдум об европейской конституции, так ведь просто смешно – никто не знает, лучше принять эту конституцию, или лучше её не принимать, – и политики не знают, и обыватели, – всё это голосование – только столкновение амбиций.
Я оптимистка по природе, непрошибаемая оптимистка, и я, в отличие от Бодрийара, верю, что хорошим образованием, интересными кружками для конкретного человека можно решить многое – за счёт того, что у него появятся непотребительские интересы... Он после работы пойдёт петь в хор, или играть в театре, как делают почти все мои знакомые французы.
Но только обществу невозможно долго без цели, без борьбы, без преодоления – жизнь общества в шестидесятые, когда верили в познание мира, в освоение космоса, в свободу – была куда интересней и значимей.
Если кто дочитал, извините за занудство.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2005-12-06 05:37 pm (UTC)я безусловно согласна с Черчиллем, что демократия – плохо, но лучшего не придумали (это про политику).
Демократия - это не меньшее из зол, это благо. Это не минимизация грубого вмешательства государства в жизнь человека только теми случаями, когда за него большинство, а распространение само-стояния человека на социальную сферу, превращение его в само-управление. Конечно, я говорю об идеале, но важно именно об идеале помнить и не сдавать его минималистам, которые так любят это речение Черчилля.
А про экономику – рынок плохо, но лучшего пока не придумали (этого, правда, Черчилль не говорил).
Это просто неверно. Рынок - это и не плохо, и не "лучшего не придумали". Рынок - это инструмент демократии, как таковой он просто хорош. А как самодовлеющая ценность он не меньшее из зол, а просто зло. Может, одно из медленно действующих, но сильных зол.
Мне показалось, что большая часть Вашего рассуждения хорошо иллюстрирует эту мою мысль.
no subject
Date: 2005-12-06 05:57 pm (UTC)коммунизм тоже благо; и многое другое...
прямо иллюстрация к известной народной мудрости
"любовь зла..."
no subject
Date: 2005-12-06 06:33 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-06 11:33 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-06 06:20 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-06 06:34 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-06 11:32 pm (UTC)А что касается рынка, то, по-моему, проблемы две - и слабо связанных - все как-то сконцертрировались на социальных проблемах, а есть ведь ещё экологичекие проблемы, которые, кажется, на сегодняшний день затмевают социальные, и тут опасность рынка огромная, по-моему.
no subject
Date: 2005-12-07 12:38 am (UTC)люди едят людей. Не знаю, относится ли это к
экологии...
no subject
Date: 2005-12-07 02:12 am (UTC)но приехал час назад сейчас 3 ночи напишу позже...
no subject
Date: 2005-12-07 10:45 am (UTC)А этот красавец из того же фильма?
no subject
Date: 2005-12-07 11:19 am (UTC)no subject
Date: 2005-12-07 12:24 pm (UTC)У нас вот уже 13 лет всей стране (России, конечно)
объясняют, что вымираем, поскольку неконкурентоспособны.
"Голодай сам или съешь товарища", типа. Утрирую, конечно;
но году в 92-95 какой-нибудь Гайдар такое
почти прямым текстом говорил.
no subject
Date: 2005-12-07 02:38 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-07 02:59 pm (UTC)его очень любят. Не знаю уж, насколько это типичный
представитель России...
no subject
Date: 2005-12-07 04:50 pm (UTC)Не надо всё-таки приводить безумие 90-х, как пример капитализма. Разве что капитализма 18-го века.
no subject
Date: 2005-12-08 04:25 pm (UTC)Prosto vyglyadit teper' poprilichnej.
"Amerikancy", ya imeyu v vidu politikov, konechno.
Oni vse slyshali.
A samyj kapitalisticheskij koshmar byl ne v 18-m veke,
a v seredine 19-nachale 20. Vo vseh knizhkah
napisano (Dikkens tam, ...) Ottogo i revolucii.
Voobxe vsegda bylo dovol'no
koshmarno (hotya i ne vsegda kapitalisticheski...)
Poetomu vsegda est' opasnost', chto ono vernetsya!..
no subject
Date: 2005-12-08 04:44 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-08 04:57 pm (UTC)Про середину 19-го - начало 20-го я согласна, что ужасно, чего говорить.
И про всегда - тоже.
Но вот ничего не возвращается в том же виде. Кстати, насколько я понимаю, радикальное отличие современного способа производства - это, что только с середины 20-го века стало в развитых странах производиться реально достаточно на всех.
no subject
Date: 2005-12-09 11:19 am (UTC)в конечном счете детей Африки грабим. Пока где-то есть
ужасы, всегда есть вероятность, что они вернутся и к нам.
Но это сложный вопрос. Я просто хотела сказать, что
вовсе не факт, что гайдарочубайс патология. Мне кажется,
если не "уследить", то так оно и будет, скорее всего.
Собственно, наши предки очень отчаянно боролись за
права трудящихся и против беспредела - поэтому мы и имеем
все то, что имеем. И, кажется, у нас опять начинают таки это
отбирать потихоньку.
no subject
Date: 2005-12-09 11:34 am (UTC)Но я уверена, что отстоять мы сумеем.
А уж про детей Африки - очевидно, что без нас совсем бы им плохо было. Тут уж и говорить нечего - статистика говорит - и детской смертности, и школ, и чего хочешь. Мы третий мир как-то вывозим, другое дело - разуиным ли способом. Скажем, корпус мира - большие молодцы, секур католик тоже, и очень много кто ещё, кто лечит, учит, обеспечивает орудиями труда, а вот просто давать еду - ясное дело, бессмысленно.
Так что за счёт простейшей вещи не так, как сто и больше лет назад - за счёт элементарной производительности, рациональности организации и прочего.
no subject
Date: 2005-12-09 12:01 pm (UTC)prosto k tomu, chto tolkom ne znayu, otkuda blagosostoyanie.
Vot, naprimer, Shtaty kuchu deneg iz Latinskoj Ameriki kachayut,
eto vrode fakt. A my (Fr.) tozhe, mozhet byt', kuchu deneg
poluchili v vide procentov s dolgov, kotorye afr. strany vse
ravno nikogda ne "vernut" kak polagaetsya (a v kachestve
procentov vernuli uzhe raz desyat') - kto ego znaet; ya ne
razbirayus'. Govoryat, konechno, chto rac. organizaciya...
no subject
Date: 2005-12-09 06:47 pm (UTC)Когда-то один близкий приятель-индиец сказал, что вообще-то Англия принесла в Индию школы и больницы.
Долги африканским странам прощают, про проценты я, честно сказать, ничего не знаю. Но уж если б не Европа, умирали бы там в сто раз больше, и работы бы там совсем не было, да и уровень культуры как поднимается, благодаря Европе. У меня последние годы появились отличные студенты из Африки, благодаря французским школам. И не только у меня.
Но, по-моему, нас уже невесть куда занесло. Это уж совсем другая тема.
no subject
Date: 2005-12-12 01:46 pm (UTC)первое крупномасштабное "прощение".
А про школы с больницами - ну, никакое влияние
не бывает однозначно отрицательным. Были и школы
с больницами, а была и работорговля, в конце концов.
И "опиумные войны", и еще много всего хорошего. То же
про Штаты - если они "добра желают", зачем надо было
устраивать форменное побоище где-нибудь в Никарагуа?
(И это только один пример...)
Еще раз: я не специалист. Все, что я сейчас говорю - из
области догадок. Но мне кажется, что это очень сложный
вопрос. И утверждать, что без французов было бы еще хуже,
очень рискованно. Может, хуже, а может, и лучше, не берусь
судить, надо изучить вопрос.
(no subject)
From:(no subject)
From:(no subject)
From:no subject
Date: 2005-12-07 08:54 am (UTC)У Дж.С.Милля про это сказано так (цитирую по памяти): человек достаточно компетентен (точнее, должен быть, и это достижимо в нашей культуре), чтобы выбрать среди экспертов того, кому он доверяет. Демократия по Миллю - это не "принятие решений народом", он был категорически против этой модели, а принятие народом решения, кто будет принимать решение. При всей опасности (в систему, скажем, зашита как постоянная опция сущесвование ученых и юридических сословий) - мне кажется, это может работать.
Ну да. Просто лекарство для социальных и для экологических проблем одно и то же - хвост должен перестать вертеть собакой.
Вы затронули, на самом деле, исключительно важную тему, касающуюся сути того, как управляется современное западное общество и почему оно управляется, в долгосрочном плане, плохо. Стоит думать...
no subject
Date: 2005-12-07 10:25 am (UTC)