![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaСначала дисклеймер: я безусловно согласна с Черчиллем, что демократия – плохо, но лучшего не придумали (это про политику). А про экономику – рынок плохо, но лучшего пока не придумали (этого, правда, Черчилль не говорил).
Мы живём в мире, полном противоречий и не желаем этих противоречий видеть. Живём, с одной стороны делая вид, что мы не умрём, а с другой, подсознательно или даже сознательно считая – после нас хоть потоп. Живём, принимая неизбежность того, что правила игры противоречат нашей этике.
Мы читаем в газетах и журналах, что в это Рождество англичане собираются покупать больше, чем в прошлое (ура англичанам, молодцы), французы немного меньше, чем в прошлое (что ж это вы, ребята, безработица ведь опять упала, а вы боитесь), а немцы (позор им, позор!) сильно меньше, чем в прошлое, совсем мало.
Мы знаем, что если мы не станем потреблять меньше энергии, – нам хана, на нас уже налетело столько ураганов, что пришлось называть их греческими буквами, не хватило латинского алфавита – и мы всё равно кричим – покупай, покупай, потому что мы знаем – меньше покупаем, меньше производим, наступает безработица, эффект домино. Кризис.
Мы намеренно производим недолговечные предметы, покупаем, выбрасываем – наша экономика не умеет работать иначе.
Мы знаем, что ещё лет через десять в Китае будет столько же машин, сколько в Америке, и что тогда мы уж определённо задохнёмся. Что ж – китайцы имеют такое же право ездить на машинах, что и американцы.
Мы собственными руками оскверняем и портим наши исторические памятники – в Риме нельзя подойти к фонтану Треви, в Венеции зайти в Сан-Марко. Толпы, очереди, сувенирное говно, экскурсоводы, собирающие группы, машущие в воздухе зонтиками и прочими палками с флажками.
Наши друзья были во Флоренции в конце сентября – они не попали в собор, очередь обвивалась вокруг него несколько раз.
Что ж – все имеют право ездить.
Мы строим многоэтажные отели на пляжах. И если бы не организации типа conservatoire du littoral, у нас не было бы побережья. Что ж – все хотят загорать.
Мы торгуем культурой и переживаем, если летом к нам приезжает недостаточно много туристов. Плохо для экономики!!!
Я когда-то уже писала о естественной для меня морали – о праве человека жить там, где ему хочется, не взирая на границы и документы. Я прекрасно понимаю, что это утопия. Но вот тратить деньги там, где ему хочется, – это, между прочим, пожалуйста, это нам, приличным налогоплательщикам, только выгодно – краткосрочно выгодно, а после нас хоть...
Очень я люблю у Гарика: «Сломав берёзу иль осину, подумай, что оставишь сыну. Что будет сын тогда ломать, остановись, ебёна мать!»
Для экономики хороша глобализация – вперёд, а дети пусть приспосабливаются, пусть находят себе занятия, которые в нашем обществе хорошо продаются, пусть становятся администраторами и менеджерами.
А самое смешное, что нынче дети как правило сами готовы идти учиться чему-нибудь солидному, бизнесу например, и не приходится родителям розгами загонять их в такую учёбу, с детства над детьми витают слова безопасность и обеспеченность.
Я близко знакома с двумя людьми (один натуральный американец, второй живёт в Америке, а когда-то из Питера), которые в юности задумывались о том, что если бы им предложили полететь в космос без гарантий возвращения, они бы, возможно, согласились. Юность их пришлась на семидесятые.
Оба они физики, – один вылетел из науки из-за того, что не нашёл постоянного места, второй – благополучный профессор. Оба пошли в науку, потому что верили, что удастся понять, как устроен мир, выражаясь высокопарно.
Сколько сейчас детей, мечтающих стать космонавтами или учёными?
А дети ведь не стали хуже или скучнее, дети, наверно, по-человечески стали только лучше.
Это у общества нет больше идей, общество толкает человека к тому, чтоб он стал просто потребителем, хорошим, добрым, внимательным к людям, но потребителем, пусть даже потребляющим культуру.
А ведь человек по природе любопытен, ему свойственно задавать вопросы, искать, идти на риск.
Конечно, люди находят какие-то выходы из положения – кто-то уезжает в Африку с благотворительными организациями, кто-то пытается искать какую-нибудь полезную деятельность дома.
Я это совершенно регулярно вижу на своих студентах.
Ходить на работу, получать зарплату, ходить в театр и читать книжки – этого человеку, во всяком случае, юному, сугубо недостаточно.
Даже, если эта работа интересная. Чтоб было достаточно, нужно, чтоб была не работа, а страсть. А это не каждому достаётся.
И в этом нашем обществе живёт низший класс – люди без образования – не интеллигенты, не крестьяне, не ремесленники. Обыкновенный городской низший класс.
Вот растёт ребёнок в семье, где папа и мама работают за гроши – подметают, сидят в кассе, или пособие получают, ведут растительный образ жизни, имеют кругозор червяков...
Если ребёнок способный, если семья живёт в нормальном месте, у ребёнка есть шансы – он может встретить хорошего учителя, вокруг него может быть какая-нибудь красота...
Я близко знаю одного такого ребёнка – это мой второй муж. Американец. Одинокий мальчик, очень умный и способный, выросший в дикарской семье.
К счастью он рос в доме на окраине маленького городка, рядом были лес и речка. И он уходил в лес, ловил в речке форель... К счастью он встретил учителя физики, заметившего способного мальчишку.
А если семья живёт в жутком месте – в бетонной коробке среди других бетонных коробок, и в школе соседи по парте все из похожих семей. И не повезло с учителем. Тогда что?
Что наше общество предлагает такому ребёнку? Во что он должен интегрироваться?
Получается, что в бесконечное покупание-потребление. Подросток идёт по улице или едет в метро – что ему предлагают со стен – купить то-сё-пятое-десятое. Там дешевле, тут лучше.
Нет, конечно, на стенках предлагают не только это – предлагают заниматься самой разнообразной благотворительностью – брать детей на викенды и на лето, навещать стариков, посылать еду в Африку, брать на воспитание щенков – будущих собак-поводырей... Только ведь подросток из дикой семьи – до чтения добрых и умных надписей на стенках надо ещё дорасти.
А покупать – действует – вообще считается, что на детей реклама сильней всего действует.
Вот и предлагает общество подростку – стань обычным потребителем, – ешь, пей, сиди в кассе в супермаркете, покупай в меру своих возможностей, а по вечерам смотри телевизор – общество будет довольно.
А слабО поставить себя на секунду на место человека, который целый день сидит за кассой, получает свои скудные деньги, идёт в дешёвый супермаркет, покупает там невкусные дешёвые испанские помидоры, невкусную дешёвую испанскую клубнику, потом приходит домой и телевизор включает? Повеситься не хочется?
Можно, конечно, говорить, что он сам виноват – надо было идти учиться. Но ведь он исходно учился в школе, из которой не вынес никакой любви к знаниям. Да он зачастую и не знает, что это значит – учиться.
А если кто не способен учиться? Ему что – застрелиться и не жить?
Когда этому вот отпетому подростку предлагают что-нибудь выходящее за рамки обыденности, он это хватает – вот та же тётка, которая отчасти на свои деньги, отчасти на государственные, держит с десяток детей, сбежавших из дома, у себя на лошадиной ферме и даёт им «лошадиные» профессии. Эти отпетые хулиганские дети принимают даже навязанную им железную дисциплину, – потому что им интересно, интересно и всё тут.
И ещё одно. Мы живём в мире, в котором вовсю работает закон Паркинсона – каждый дорастает до уровня своей некомпенентности. Мы живём в мире, в котором мы не разбираемся, мы вынуждены полагаться на экспертов, а доверяем ли мы экспертам? Если эксперты – это политики, то троекратное нет.
Голосуем мы, как правило, выбирая меньшее из зол.
Если же вспомнить референдум об европейской конституции, так ведь просто смешно – никто не знает, лучше принять эту конституцию, или лучше её не принимать, – и политики не знают, и обыватели, – всё это голосование – только столкновение амбиций.
Я оптимистка по природе, непрошибаемая оптимистка, и я, в отличие от Бодрийара, верю, что хорошим образованием, интересными кружками для конкретного человека можно решить многое – за счёт того, что у него появятся непотребительские интересы... Он после работы пойдёт петь в хор, или играть в театре, как делают почти все мои знакомые французы.
Но только обществу невозможно долго без цели, без борьбы, без преодоления – жизнь общества в шестидесятые, когда верили в познание мира, в освоение космоса, в свободу – была куда интересней и значимей.
Если кто дочитал, извините за занудство.
Мы живём в мире, полном противоречий и не желаем этих противоречий видеть. Живём, с одной стороны делая вид, что мы не умрём, а с другой, подсознательно или даже сознательно считая – после нас хоть потоп. Живём, принимая неизбежность того, что правила игры противоречат нашей этике.
Мы читаем в газетах и журналах, что в это Рождество англичане собираются покупать больше, чем в прошлое (ура англичанам, молодцы), французы немного меньше, чем в прошлое (что ж это вы, ребята, безработица ведь опять упала, а вы боитесь), а немцы (позор им, позор!) сильно меньше, чем в прошлое, совсем мало.
Мы знаем, что если мы не станем потреблять меньше энергии, – нам хана, на нас уже налетело столько ураганов, что пришлось называть их греческими буквами, не хватило латинского алфавита – и мы всё равно кричим – покупай, покупай, потому что мы знаем – меньше покупаем, меньше производим, наступает безработица, эффект домино. Кризис.
Мы намеренно производим недолговечные предметы, покупаем, выбрасываем – наша экономика не умеет работать иначе.
Мы знаем, что ещё лет через десять в Китае будет столько же машин, сколько в Америке, и что тогда мы уж определённо задохнёмся. Что ж – китайцы имеют такое же право ездить на машинах, что и американцы.
Мы собственными руками оскверняем и портим наши исторические памятники – в Риме нельзя подойти к фонтану Треви, в Венеции зайти в Сан-Марко. Толпы, очереди, сувенирное говно, экскурсоводы, собирающие группы, машущие в воздухе зонтиками и прочими палками с флажками.
Наши друзья были во Флоренции в конце сентября – они не попали в собор, очередь обвивалась вокруг него несколько раз.
Что ж – все имеют право ездить.
Мы строим многоэтажные отели на пляжах. И если бы не организации типа conservatoire du littoral, у нас не было бы побережья. Что ж – все хотят загорать.
Мы торгуем культурой и переживаем, если летом к нам приезжает недостаточно много туристов. Плохо для экономики!!!
Я когда-то уже писала о естественной для меня морали – о праве человека жить там, где ему хочется, не взирая на границы и документы. Я прекрасно понимаю, что это утопия. Но вот тратить деньги там, где ему хочется, – это, между прочим, пожалуйста, это нам, приличным налогоплательщикам, только выгодно – краткосрочно выгодно, а после нас хоть...
Очень я люблю у Гарика: «Сломав берёзу иль осину, подумай, что оставишь сыну. Что будет сын тогда ломать, остановись, ебёна мать!»
Для экономики хороша глобализация – вперёд, а дети пусть приспосабливаются, пусть находят себе занятия, которые в нашем обществе хорошо продаются, пусть становятся администраторами и менеджерами.
А самое смешное, что нынче дети как правило сами готовы идти учиться чему-нибудь солидному, бизнесу например, и не приходится родителям розгами загонять их в такую учёбу, с детства над детьми витают слова безопасность и обеспеченность.
Я близко знакома с двумя людьми (один натуральный американец, второй живёт в Америке, а когда-то из Питера), которые в юности задумывались о том, что если бы им предложили полететь в космос без гарантий возвращения, они бы, возможно, согласились. Юность их пришлась на семидесятые.
Оба они физики, – один вылетел из науки из-за того, что не нашёл постоянного места, второй – благополучный профессор. Оба пошли в науку, потому что верили, что удастся понять, как устроен мир, выражаясь высокопарно.
Сколько сейчас детей, мечтающих стать космонавтами или учёными?
А дети ведь не стали хуже или скучнее, дети, наверно, по-человечески стали только лучше.
Это у общества нет больше идей, общество толкает человека к тому, чтоб он стал просто потребителем, хорошим, добрым, внимательным к людям, но потребителем, пусть даже потребляющим культуру.
А ведь человек по природе любопытен, ему свойственно задавать вопросы, искать, идти на риск.
Конечно, люди находят какие-то выходы из положения – кто-то уезжает в Африку с благотворительными организациями, кто-то пытается искать какую-нибудь полезную деятельность дома.
Я это совершенно регулярно вижу на своих студентах.
Ходить на работу, получать зарплату, ходить в театр и читать книжки – этого человеку, во всяком случае, юному, сугубо недостаточно.
Даже, если эта работа интересная. Чтоб было достаточно, нужно, чтоб была не работа, а страсть. А это не каждому достаётся.
И в этом нашем обществе живёт низший класс – люди без образования – не интеллигенты, не крестьяне, не ремесленники. Обыкновенный городской низший класс.
Вот растёт ребёнок в семье, где папа и мама работают за гроши – подметают, сидят в кассе, или пособие получают, ведут растительный образ жизни, имеют кругозор червяков...
Если ребёнок способный, если семья живёт в нормальном месте, у ребёнка есть шансы – он может встретить хорошего учителя, вокруг него может быть какая-нибудь красота...
Я близко знаю одного такого ребёнка – это мой второй муж. Американец. Одинокий мальчик, очень умный и способный, выросший в дикарской семье.
К счастью он рос в доме на окраине маленького городка, рядом были лес и речка. И он уходил в лес, ловил в речке форель... К счастью он встретил учителя физики, заметившего способного мальчишку.
А если семья живёт в жутком месте – в бетонной коробке среди других бетонных коробок, и в школе соседи по парте все из похожих семей. И не повезло с учителем. Тогда что?
Что наше общество предлагает такому ребёнку? Во что он должен интегрироваться?
Получается, что в бесконечное покупание-потребление. Подросток идёт по улице или едет в метро – что ему предлагают со стен – купить то-сё-пятое-десятое. Там дешевле, тут лучше.
Нет, конечно, на стенках предлагают не только это – предлагают заниматься самой разнообразной благотворительностью – брать детей на викенды и на лето, навещать стариков, посылать еду в Африку, брать на воспитание щенков – будущих собак-поводырей... Только ведь подросток из дикой семьи – до чтения добрых и умных надписей на стенках надо ещё дорасти.
А покупать – действует – вообще считается, что на детей реклама сильней всего действует.
Вот и предлагает общество подростку – стань обычным потребителем, – ешь, пей, сиди в кассе в супермаркете, покупай в меру своих возможностей, а по вечерам смотри телевизор – общество будет довольно.
А слабО поставить себя на секунду на место человека, который целый день сидит за кассой, получает свои скудные деньги, идёт в дешёвый супермаркет, покупает там невкусные дешёвые испанские помидоры, невкусную дешёвую испанскую клубнику, потом приходит домой и телевизор включает? Повеситься не хочется?
Можно, конечно, говорить, что он сам виноват – надо было идти учиться. Но ведь он исходно учился в школе, из которой не вынес никакой любви к знаниям. Да он зачастую и не знает, что это значит – учиться.
А если кто не способен учиться? Ему что – застрелиться и не жить?
Когда этому вот отпетому подростку предлагают что-нибудь выходящее за рамки обыденности, он это хватает – вот та же тётка, которая отчасти на свои деньги, отчасти на государственные, держит с десяток детей, сбежавших из дома, у себя на лошадиной ферме и даёт им «лошадиные» профессии. Эти отпетые хулиганские дети принимают даже навязанную им железную дисциплину, – потому что им интересно, интересно и всё тут.
И ещё одно. Мы живём в мире, в котором вовсю работает закон Паркинсона – каждый дорастает до уровня своей некомпенентности. Мы живём в мире, в котором мы не разбираемся, мы вынуждены полагаться на экспертов, а доверяем ли мы экспертам? Если эксперты – это политики, то троекратное нет.
Голосуем мы, как правило, выбирая меньшее из зол.
Если же вспомнить референдум об европейской конституции, так ведь просто смешно – никто не знает, лучше принять эту конституцию, или лучше её не принимать, – и политики не знают, и обыватели, – всё это голосование – только столкновение амбиций.
Я оптимистка по природе, непрошибаемая оптимистка, и я, в отличие от Бодрийара, верю, что хорошим образованием, интересными кружками для конкретного человека можно решить многое – за счёт того, что у него появятся непотребительские интересы... Он после работы пойдёт петь в хор, или играть в театре, как делают почти все мои знакомые французы.
Но только обществу невозможно долго без цели, без борьбы, без преодоления – жизнь общества в шестидесятые, когда верили в познание мира, в освоение космоса, в свободу – была куда интересней и значимей.
Если кто дочитал, извините за занудство.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2005-12-10 10:45 pm (UTC)Я уже привела Вам примеры Китая и Индии, которые стремительно поднимаются, и Запад этому очень способствует, включая обучение студентов на льготных условиях.
Про Венесуэллу знаю мало. В Кубе не знаю, что сейчас, но ещё недавно был достаточно страшный режим, собственно, наверно и сейчас есть.
Что же до вашей фразы про СССР, то не надо списывать отношение к нему на конкуренцию, хотя мир и был поделен. Я уже где-то в этом обсуждении говорила, что существование СССР способствовало "хорошести" Запада - было на кого НЕ равняться.
no subject
Date: 2005-12-11 08:45 am (UTC)То, что на Кубе сейчас имеет смысл сравнивать с тем, когда там был американский "наш сукин сын". Кстати, очень интересное выражение "наш сукин сын", не находите?
Если нужны свежие примеры, то давайте вспомним Югославию. Когда им придъявлялся ультиматым о вводе НАТОвских "миротворцев", включая немцев ни одна собака не вспомнила 1/4 населения Югославии истреблённую немцами во 2-ю Мировую. Ну и как это понимать? Или в НАТО совсем забыли историю, или преднамеренно выдвигали требования, на которые Югославия не может согласиться, чтобы иметь предлог для войны и ликвидации нашего традиционного союзника в Европе.
Что до СССР, то сейчас можно комфортно ругать мёртвого льва. А если задуматься, то демонизировать его не следует: нормальный такой период в русской истории не хуже чем сейчас (см. демографическую статистику http://www.gks.ru/) или при Романовых.
no subject
Date: 2005-12-11 11:55 am (UTC)А Православие. ГЕБЕДЕРЖАВИЕ и народность" слегка крепнет, вот что плохо. Как только идеология вырастет. так хуууудо будет...
no subject
Date: 2005-12-11 12:20 pm (UTC)Если вы о СССР, то я в этом вопросе тоже очевидец.
Это была мой страна. Как и нынешняя РФ и дореволюционная Российская империя. И для меня СССР куда уместнее сравнивать со львом, чем с гадом. (Я, видите ли, русский патриот.)
О современной России, полагаю, могу судить лучше чем вы: я здесь живу. Поздний СССР при сравнении с РФ однозначно выигрывает (см. демографическую статистику http://www.gks.ru/).
Укрепление власти в России процесс скорее положительный: слабая власть проводит чужую политику, а сильная свою. Поэтому сильная власть заинтересована в сильной стране, хотя бы и из своих интересов.
P.S. Огульный антисоветизм сейчас из России выглядит ещё более глупо, чем огульный коммунизм.
no subject
Date: 2005-12-11 12:24 pm (UTC)no subject
Date: 2005-12-11 12:22 pm (UTC)На Кубе до сих пор люди сидят по 20 лет.
Почему-то все люди, которые вспоминают о с их точки зрения "нормальном" Советском Союзе говорят о сегодняшней демографическо статистике.
Мне только непонятно, почему нужно считать, что Россия не может того, что смогла не только Польша, но даже Румыния, почему выбор между беспредельной уголовщиной и фашистским, пусть даже, как в брежневские времена, очень умеренно фашистским режимом. Кстати Франко под конец был тоже чрезвычайно умерен.
Когда-то я об этом уже писала.
http://www.livejournal.com/users/mbla/28867.html
no subject
Date: 2005-12-11 12:45 pm (UTC)В Кубе люди сидят по 20 лет, а максимальное количество заключённых на 100 тыс. населения в САСШ и РФ.
СССР не был идеален, но он был лучше нынешнего бардака. И со временем эволюционировал к смягчению. СССР в кровавом 1929-м и в "застойном" 1975-м - существенно разные страны.
И прошу не ровнять Россию с Польше, Румынией и другими "тоже странами": разные весовые категория (даже сейчас), принципиально разные страны. И противники у России тоже помасштабнее. То, "что позволено быку" "Юпитеру" стараются запретить. Я уже писал: 3-му миру (и всякой мелочи) Запад помогает, ибо они безопасены, а в России даже сейчас видит конкурента. Если Россия попытается, например, перенять что-нибудь из "прибалтийского опыта" весь Запад встанет на уши пойдёт на нас в очередной крестовый поход.
no subject
Date: 2005-12-11 01:05 pm (UTC)У нас несовместимые исходные предпосылки.
Вы - государственник, и Вы в одинаковой степени принимаете государство советское или уваровское-победоносцевское, Вы напоминаете мне Шульгина и генерала Игнатьева.
Вам чрезвычайно важно сильное государство, поэтому Вы о мотивах поведения Запада, который Вы, кстати, неверно сводите к Америке, судите, исходя из этой же государственнической идеологии.
Ни в какой крестовый поход против России Запад, уверяю Вас, не собирается и не соберётся.
А третий мир нужен Западу в качестве рынка, а следовательно, достатлочно развитый.
В сущности, из западных правителей Вам должен ближе всех быть Буш - он по сути похож на то, что вам нравится, только его интересы, естественным образом, не русские, а американские (в том виде, как он их понимает).
Я по сути не государственник. Мне совершенно всё равно, великая страна или нет, да и вообще, кроме культурного величия, другого для меня не бывает.
И в этом смысле - Россия веоикая страна, как бы ни было паршиво её государство.
По-моему, разговор стоит прекратить. Позиции друг друга мы выяснили, а как сказано в Аннне Карениной, большая часть споров возникает из-за того, что люди любят разное.
Спасибо на добром слове
Date: 2005-12-11 01:21 pm (UTC)Разойдёмся мирно (даже не забанив дург друга:).
Но на прощание вставлю небольшую "шпильку". Вы в Париже, а я в Долгопрудном (Московская область). Так что будущее России решать не вам.