![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Oct. 5th, 2015 11:04 pmВчера, пока я занималась обычным воскресным в осенний урожайный сезон – огорчаясь собственной жадности, пыталась расправиться с грибами из лесу, с помидорами, яблоками, огурцами с фермы – как–то всех их вместить в берега – засолить, запихнуть в банки и ящики, – по France culture в серии «города мира» шла передача про Петербург – подробная, она была очень хорошо сделана. Правильно вплетены были куски текстов – я даже с удовольствием послушала по–французски про то, как майор Ковалёв не обнаружил на месте своего носа. И про Невский проспект.
А ещё разговоры с людьми разной степени известности меня, в основном, порадовали. Мне было приятно услышать Пиотровского, и я очень обрадовалась Толе Белкину – привет такой из семидесятых. Мне кажется, что я хорошо помню его квартиру, небось, коммуналка тогда была... Вроде бы шли темноватым коридором в загромождённую мебелью, как любое питерское жильё, комнату, а там холсты к стенам прислонены. Мне Белкин казался одним из лучших тогдашних художников, наряду с Оскаром Рабиным. Его картины семидесятых я хорошо помню. А новых не видела... Говорил он вчера достойно – об огромной роли Эрмитажа, особенно в такие тяжёлые времена, как сейчас.
А потом слушателям с большой помпой, упомянув все свои регалии (председатель того–сего, а чего – я не запомнила), представился некий чтец по фамилии Томашевский.
Говорил он напыщенно, а читал, на мой взгляд, ужасно, но мне по почти всегда кажется, что читают ужасно.
Торжественным толстым голосом он произнёс: «только детские книги читать, только детские мысли лелеять»
Я вздрогнула – никогда я не слышала ни о каких разночтениях – ведь это «Камень», а не стихи, восстановленные по памяти Надеждой Яковлевной и Ахматовой. Кинулась к четырёхтомнику Струве – там единственная версия – «только детские думы», и ничего нет в примечаниях, кроме того, что стих был перепечатан в Tristia.
Отправилась бродить по сети и обнаружила, что в половине мест «только детские мысли».
Всё же хочется понять – это от безграмотности замена непривычного слова повседневным, или был у Мандельштама вариант с «мыслями»?
А ещё разговоры с людьми разной степени известности меня, в основном, порадовали. Мне было приятно услышать Пиотровского, и я очень обрадовалась Толе Белкину – привет такой из семидесятых. Мне кажется, что я хорошо помню его квартиру, небось, коммуналка тогда была... Вроде бы шли темноватым коридором в загромождённую мебелью, как любое питерское жильё, комнату, а там холсты к стенам прислонены. Мне Белкин казался одним из лучших тогдашних художников, наряду с Оскаром Рабиным. Его картины семидесятых я хорошо помню. А новых не видела... Говорил он вчера достойно – об огромной роли Эрмитажа, особенно в такие тяжёлые времена, как сейчас.
А потом слушателям с большой помпой, упомянув все свои регалии (председатель того–сего, а чего – я не запомнила), представился некий чтец по фамилии Томашевский.
Говорил он напыщенно, а читал, на мой взгляд, ужасно, но мне по почти всегда кажется, что читают ужасно.
Торжественным толстым голосом он произнёс: «только детские книги читать, только детские мысли лелеять»
Я вздрогнула – никогда я не слышала ни о каких разночтениях – ведь это «Камень», а не стихи, восстановленные по памяти Надеждой Яковлевной и Ахматовой. Кинулась к четырёхтомнику Струве – там единственная версия – «только детские думы», и ничего нет в примечаниях, кроме того, что стих был перепечатан в Tristia.
Отправилась бродить по сети и обнаружила, что в половине мест «только детские мысли».
Всё же хочется понять – это от безграмотности замена непривычного слова повседневным, или был у Мандельштама вариант с «мыслями»?
Tags:
