(no subject)
Nov. 19th, 2021 09:06 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaЯ посмотрела Вайдовских «Бесов». Нормальные люди видели этот фильм в девяностые, а я вот только сейчас, что, впрочем, часто бывает с такими, как я, –стремительными домкратами.
Впрочем, начать надо не с того – пожалуй, начать надо с того, что «Бесов» я не читала (и не буду). А уж если совсем с начала – я не люблю Достоевского, нет, я его не выношу, на физиологическом уровне не принимаю. Не сочувствую ни его положительным героям, ни отрицательным – никому – ни Алёше Карамазову, ни Сонечке, ни Раскольникову, ни Свидригайлову.
Есть, конечно, исключение ¬– князь Мышкин. В школе с любимой подругой Олей мы обзывали друг друга «Шестой том Достоевского». И читали этот том не по одному разу. И слушали голосом Смоктуновского на пластинке.
И «игумен Пафнутий руку приложил» – до сих пор в ушах.
Может быть, надо попробовать его опять прочесть… Вдруг смогу?
Я попробовала перечитать «Братьев Карамазовых» и сломалась на русских мальчиках в трактире – не могу я это читать, и про слёзки ребёнка не могу.
Кажется, Толстой говорил про Леонида Андреева – «он пугает, а мне не страшно». Вот у меня так с Достоевским. Мне неинтересен вопрос о твари дрожащей, и буханье на колени на площади довольно отвратительно, и топор, впрочем, тоже не лучше.
Достоевский – великий писатель. Стулья можно и не ломать, но великий, нет в этом сомнений ни у кого. И я безусловно согласна, что великий.
Вроде, какая-то была давняя история про какого-то дяденьку, который посмотрел на Сикстинскую мадонну и изумился: о чём сыр-бор?
И дескать, услышавшая об этом Раневская справедливо сказала, что Сикстинская мадонна стольким нравится, что явно без любви этого дяденьки обойдётся.
Так и Достоевский – явно обойдётся без меня.
В моём детстве не было: «Кофе, кошка, Мандельштам», или «чай, собака, Пастернак», где я, конечно, прохожу по второму разряду, но кофе, кошку, Мандельштама тоже подавай. Однако было: Толстой или Достоевский. И вот тут – и Войну и мир и Анну Каренину бесконечно могу перечитывать, и даже эпилог, ничего не пропуская, и при том, что местами знаю почти что близко к тексту – всё равно, когда давно не перечитывала, как-то начинает чесаться, что пора открыть. У Толстого я могу читать даже собачий бред – «Крейцерову сонату» и «отца Сергия», про которого папа пожимал плечами: «а чего он отрубил палец-то?» Мне всё равно интересно!
Да, так возвращаясь к «Бесам» ,– отличный фильм, хоть и страшненький. Со всех сторон страшненький – бесы, одержимые, градоначальники, пожар… И Шатов – эдакий Макар Девушкин…
Я не только Достоевского не люблю, я и Босха не люблю, и даже Брейгеля разлюбила, увидев, что не мирное катанье на коньках он нам показывает.
Я вспомнила мемуары Шагала, где он рассказывает, как снимал угол у кожевенного рабочего в Петербурге. И как этот рабочий напивался и гонялся за женой по квартире, чтоб её как следует поколотить. И вот Шагал в задумчивости говорит, что он в Витебске всегда считал, что не любят евреев, а тут понял, что себя не любят ещё сильней.
И от Достоевского, который не любит евреев, поляков, католиков – чужих, у меня возникает чёткое ощущение, особенно после этого фильма, что своих он не любит не меньше, чем чужих, если не больше. Правда, фильм-то Вайдовский, так что вряд ли стоит по нему судить о романе.
Я заранее прощу прощения у моих очень любимых друзей для которых Достоевский – главный писатель. Вот как для меня Толстой.
Впрочем, начать надо не с того – пожалуй, начать надо с того, что «Бесов» я не читала (и не буду). А уж если совсем с начала – я не люблю Достоевского, нет, я его не выношу, на физиологическом уровне не принимаю. Не сочувствую ни его положительным героям, ни отрицательным – никому – ни Алёше Карамазову, ни Сонечке, ни Раскольникову, ни Свидригайлову.
Есть, конечно, исключение ¬– князь Мышкин. В школе с любимой подругой Олей мы обзывали друг друга «Шестой том Достоевского». И читали этот том не по одному разу. И слушали голосом Смоктуновского на пластинке.
И «игумен Пафнутий руку приложил» – до сих пор в ушах.
Может быть, надо попробовать его опять прочесть… Вдруг смогу?
Я попробовала перечитать «Братьев Карамазовых» и сломалась на русских мальчиках в трактире – не могу я это читать, и про слёзки ребёнка не могу.
Кажется, Толстой говорил про Леонида Андреева – «он пугает, а мне не страшно». Вот у меня так с Достоевским. Мне неинтересен вопрос о твари дрожащей, и буханье на колени на площади довольно отвратительно, и топор, впрочем, тоже не лучше.
Достоевский – великий писатель. Стулья можно и не ломать, но великий, нет в этом сомнений ни у кого. И я безусловно согласна, что великий.
Вроде, какая-то была давняя история про какого-то дяденьку, который посмотрел на Сикстинскую мадонну и изумился: о чём сыр-бор?
И дескать, услышавшая об этом Раневская справедливо сказала, что Сикстинская мадонна стольким нравится, что явно без любви этого дяденьки обойдётся.
Так и Достоевский – явно обойдётся без меня.
В моём детстве не было: «Кофе, кошка, Мандельштам», или «чай, собака, Пастернак», где я, конечно, прохожу по второму разряду, но кофе, кошку, Мандельштама тоже подавай. Однако было: Толстой или Достоевский. И вот тут – и Войну и мир и Анну Каренину бесконечно могу перечитывать, и даже эпилог, ничего не пропуская, и при том, что местами знаю почти что близко к тексту – всё равно, когда давно не перечитывала, как-то начинает чесаться, что пора открыть. У Толстого я могу читать даже собачий бред – «Крейцерову сонату» и «отца Сергия», про которого папа пожимал плечами: «а чего он отрубил палец-то?» Мне всё равно интересно!
Да, так возвращаясь к «Бесам» ,– отличный фильм, хоть и страшненький. Со всех сторон страшненький – бесы, одержимые, градоначальники, пожар… И Шатов – эдакий Макар Девушкин…
Я не только Достоевского не люблю, я и Босха не люблю, и даже Брейгеля разлюбила, увидев, что не мирное катанье на коньках он нам показывает.
Я вспомнила мемуары Шагала, где он рассказывает, как снимал угол у кожевенного рабочего в Петербурге. И как этот рабочий напивался и гонялся за женой по квартире, чтоб её как следует поколотить. И вот Шагал в задумчивости говорит, что он в Витебске всегда считал, что не любят евреев, а тут понял, что себя не любят ещё сильней.
И от Достоевского, который не любит евреев, поляков, католиков – чужих, у меня возникает чёткое ощущение, особенно после этого фильма, что своих он не любит не меньше, чем чужих, если не больше. Правда, фильм-то Вайдовский, так что вряд ли стоит по нему судить о романе.
Я заранее прощу прощения у моих очень любимых друзей для которых Достоевский – главный писатель. Вот как для меня Толстой.
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2021-12-06 10:36 pm (UTC)Я как раз в подростковом возрасте все могла читать, даже очень тяжёлое. Бесов читала тоже, но перечитывать не решилась..
В подростковом возрасте мне литература была заменой жизненного опыта, я погружалась в чужие миры и узнавала, что в голове у других. Поэтому читала и то, что меня отвращало по идеям.
У меня в детстве не было друзей, совсем, и не было общения, т е опыта. Но приехав в физматшколу, я с удивлением осознала, что понимаю психологию лучше, чем мои одноклассники, потому что читала разное.
Продолжением опыта было семь лет общаги, когда втроем-вчетвером живёшь в одной комнате, и все происходит перед глазами.
Достоевский, он реальный псих, и погружаться в мир психа очень тяжело психологически. Во взрослом возрасте я уже не могу настолько других читать. Те, кто любят Достоевского, погружаются ли они реально в его психику?