mbla | (no subject)

Наш ежегодный августовский дом - у подножья заросшего лесом холма. Наверх въезжаешь по узкому серпантину. Асфальт кончается, машину бросаешь, и дальше идёшь по лесной дороге, по гребню. Там глина светится густо-рыжим на закате, а море внизу бледно-нежное на рассвете, там – просторный лес, там главные деревья – пробковые дубы.

Сухие летом травы, метёлки. Выбеленные ветром и солнцем камни. Мимоза.

Примерно в километре от конца асфальта пронзительный памятник – сгоревшая пожарная машина, осевшая на лопнувших шинах, с вылетевшими стёклами. Рядом четыре могилы – погибших в ней ребят... Лесной пожар остановили.

Вниз к морю по склону идут дубы...

Не доходя до пожарной машины море с тропы видно с двух сторон - и справа, и слева...

У края дороги растёт очень заметный отдельный дуб, метрах в семистах от конца асфальта.

Море оттуда – крупней географической карты – спины островов, коса полуострова Жиен. Иногда паруса, следы от катеров.

На склоне чуть ниже этого дуба на проплешине среди трав мы посадили оливу.

Пришли туда всемером – Катька, Сенька, Танька, Галка, Бегемот, я и собака Таня – притащили кирку, лопату, мешок чёрной хорошей земли, бутылку воды...

Вырыли яму, смешали с пеплом чёрную землю. Кинули в яму. Поставили сверху дырявый горшочек с маленькой оливой. Закидали комьями глинистой каменистой земли из раскопа. От оливы мы оторвали ягоды – чтоб она изо всей силы растила корни. Ягоды зарыли там же. Полили.

...

Когда-то ранним утром нам навстречу тут выскочил огромный заяц. Кабаны танцуют по ночам. Иногда оленя встретишь - он поглядит на тебя и уйдёт по склону.

Воздух густой от хорового пиликанья цикад. Стрекозы дрожат крыльями, садясь на кончики метёлок.

Каждый год я гуляла тут с Васькой...

...

Когда мы уедем, об оливе будут заботиться козлоногие сатиры, тамошние жители. Васька же из их рода! Ну, и конечно, дриады тоже, куда ж без них... У каждого дуба – своя, и у эвкалиптов, и у сосен... А может, когда и кентавр проскачет, поглядит на оливу, убедится, что всё в порядке... Мы копали яму под благосклонными взглядами!

Баллада южного леса

Где зелень заменила стены,
И где лесам равны сады,
И всё цветёт одновременно –
Не знают запахи вражды –
Базилику смешали с мятой
Ветра, гуляя меж холмов,
А по верхам – узор косматый:
Барокко пробковых дубов.

Под облачком кривым и белым
Подкрылья красные пестрят:
Фламинго так, от нефиг делать, –
Зазря дублируют закат,
Прозрачный, как стихи, в которых
Нет смысла заднего у слов –
И возвышается над вздором
Барокко пробковых дубов.

Пейзаж без басенной морали,
Без философской чепухи:
Природу просто пронизали
Звучаньем ветровым стихи.
Среди кривых сплетённых сучьев,
В мельканье беличьих хвостов,
Ещё узорней, ярче, лучше
Барокко пробковых дубов.
...
Как можно, сударь, здесь быть хмурым,
Где приютил несчётных сов
Шедевр лесной архитектуры –
Барокко пробковых лесов?