скороговоркой
Dec. 23rd, 2013 10:58 am![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
mblaВ Шартре в серую предрождественскую субботу на площади на ветру под мелькающими тучами под немелодичную громкую музыку, на деревянной временной сцене, пел кто-то в красном колпаке, а под сценой качались и подпрыгивали в такт и не в такт взрослые и дети, папа с сыном на плечах, маленькая собачка под ногами, – и идти мимо весело...
А собор стоит огромный, впервые за годы совсем без лесов, – над городом, над речкой, где утки плавают да крякают, и вода закручивается белой пеной в водовороте под портомойней, где с серого холодного камня 500 лет назад бельё бабы полоскали.
А внутри собора, где два года назад бешено отбеливали колонны – от копоти, от времени, от истории, – она, конечно же, тёмный лес, – наверно, специально отчистили не всё, – и от сочетания белых колонн с тёмными, эдакой полосатости, – возникает соучастие, эффект присутствия, –стоишь на мостике из тогда в сейчас. Застываешь в этой шкатулке времён, вперившись в витражи, которые не умешь читать...
Вдруг раздался лай – чем-то возмутилась кудлатая дворняга, которую привязали к какому-то стулу, – её люди, небось, бродили среди стволов-колонн – ну, а может, этот пёс в соборе был церковный, епископский, например. Я мельком пожалела оставленную дома собаку Таню...
Потом, когда мы возвращались, уже на дороге, вдруг из-под туч засияло – в набегающем вечере – последним голым, лампой без абажура, сверканьем, – осветив ржавые кольчуги железных листьев на кустах, а потом – вечер – темнота за окном – и васькино физическое отсутствие – дикой остротой – руку протянуть в машине – с заднего сиденья к переднему, я ведь часто на заднем ездила, руку на шею положить...
Не дотронуться...
А собор стоит огромный, впервые за годы совсем без лесов, – над городом, над речкой, где утки плавают да крякают, и вода закручивается белой пеной в водовороте под портомойней, где с серого холодного камня 500 лет назад бельё бабы полоскали.
А внутри собора, где два года назад бешено отбеливали колонны – от копоти, от времени, от истории, – она, конечно же, тёмный лес, – наверно, специально отчистили не всё, – и от сочетания белых колонн с тёмными, эдакой полосатости, – возникает соучастие, эффект присутствия, –стоишь на мостике из тогда в сейчас. Застываешь в этой шкатулке времён, вперившись в витражи, которые не умешь читать...
Вдруг раздался лай – чем-то возмутилась кудлатая дворняга, которую привязали к какому-то стулу, – её люди, небось, бродили среди стволов-колонн – ну, а может, этот пёс в соборе был церковный, епископский, например. Я мельком пожалела оставленную дома собаку Таню...
Потом, когда мы возвращались, уже на дороге, вдруг из-под туч засияло – в набегающем вечере – последним голым, лампой без абажура, сверканьем, – осветив ржавые кольчуги железных листьев на кустах, а потом – вечер – темнота за окном – и васькино физическое отсутствие – дикой остротой – руку протянуть в машине – с заднего сиденья к переднему, я ведь часто на заднем ездила, руку на шею положить...
Не дотронуться...
![[identity profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/openid.png){kind=small}
no subject
Date: 2013-12-24 02:26 pm (UTC)no subject
Date: 2013-12-24 04:15 pm (UTC)