![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
(no subject)
Oct. 29th, 2014 02:10 pmСтоя на автобусной остановке, я тупо уставилась в октябрьскую афишу культурных событий в нашем Вильжюифе: концерты, фильмы, встречи, чтения – по местным клубам. И взгляд вырвал из разного « Jazz. Dmitry Baevsky ».
Сначала лениво подумала – кто-то российского происхождения – потом встряхнулась – да ведь, у Лены Баевской сын Митя – саксофонист!
Лена – переводчик с французского, когда-то из семинара Эльги Львовны Линецкой.
Она в нашем герценовском училась на курс старше меня, и на инязе, а не на математике...
Мы с моей однокурсницей-лучшей подругой Ленкой, нынче проживающей в городе Базеле, с ней очень много общались на первом курсе: три Лены. Что ж, могло по тем временам и тридцать три Лены быть, слегка разбавленных танями да наташами.
Ходили пешком из института – ко мне, или к Ленке. И не могли договориться, какая дорога прекрасней – ко мне – с Мойки на Невский, на Дворцовую, через мост, мимо университета, на Большой под осенние каштаны. К Ленке – вдоль Мойки, через Кировский мост с тройными фонарями, глядя на Петропавловку, к мечети...
Потом Лена вышла замуж за Мишу Яснова, для нас тогда ещё Мишу Гурвича. Мне кажется, он ещё и детских стихов тогда не писал... Тоже был в семинаре у Эльги Львовны.
А на следующем витке мы с Васькой с ними встретились в Париже. Васька с Мишей по переводу был знаком, а с Леной, кажется, тогда в Париже и познакомился. И в Питере мы у них в гостях были в 95-ом. Фотография есть – Лена с Мишей, и такса у Лены на руках.
Вспомнила, что Лена тогда уже говорила, что юный Митя в Америку уехал учиться. Ребята готовили к изданию «Сирано» в мишином новом переводе...
Тянешь за нитку – разматывается клубок, – и то, да это...
Теперь и Лена в Америке живёт, французскую литературу в Мэрилендском университете преподаёт...
Тогдашнее, 72-го года, осеннее солнце, и ещё радуешься после стартовавшей в 9 утра школы, что в институте занятия, если не в 8 начинаются, дык в 9:45, а в 8 редко, и кто ж на них в 8 ходит. Впрочем, весной уже и 9:45 тоже было удивительно раннее утро.
Сколько из тогдашних друзей-знакомцев и нынче в Питере? Не меньше ль половины? Скольких нет уже? Но ведь и вправду, не одна жизнь с тех пор прожита...
Раньше деревенские люди друг друга узнавали, слово «земляки» было... А сейчас кажется – такое вот расплывчатое мы – одна деревня, расселённая по шарику... И вот всплывает – хоть с афиши...
Я встряхнулась – как-то вдруг расширилось поле зрения, – и увидела, что рядом с объявлением о концерте Dmitry Baevsky – фотография – мальчик с саксофоном – юная Лена поглядела на меня с неё...
Сначала лениво подумала – кто-то российского происхождения – потом встряхнулась – да ведь, у Лены Баевской сын Митя – саксофонист!
Лена – переводчик с французского, когда-то из семинара Эльги Львовны Линецкой.
Она в нашем герценовском училась на курс старше меня, и на инязе, а не на математике...
Мы с моей однокурсницей-лучшей подругой Ленкой, нынче проживающей в городе Базеле, с ней очень много общались на первом курсе: три Лены. Что ж, могло по тем временам и тридцать три Лены быть, слегка разбавленных танями да наташами.
Ходили пешком из института – ко мне, или к Ленке. И не могли договориться, какая дорога прекрасней – ко мне – с Мойки на Невский, на Дворцовую, через мост, мимо университета, на Большой под осенние каштаны. К Ленке – вдоль Мойки, через Кировский мост с тройными фонарями, глядя на Петропавловку, к мечети...
Потом Лена вышла замуж за Мишу Яснова, для нас тогда ещё Мишу Гурвича. Мне кажется, он ещё и детских стихов тогда не писал... Тоже был в семинаре у Эльги Львовны.
А на следующем витке мы с Васькой с ними встретились в Париже. Васька с Мишей по переводу был знаком, а с Леной, кажется, тогда в Париже и познакомился. И в Питере мы у них в гостях были в 95-ом. Фотография есть – Лена с Мишей, и такса у Лены на руках.
Вспомнила, что Лена тогда уже говорила, что юный Митя в Америку уехал учиться. Ребята готовили к изданию «Сирано» в мишином новом переводе...
Тянешь за нитку – разматывается клубок, – и то, да это...
Теперь и Лена в Америке живёт, французскую литературу в Мэрилендском университете преподаёт...
Тогдашнее, 72-го года, осеннее солнце, и ещё радуешься после стартовавшей в 9 утра школы, что в институте занятия, если не в 8 начинаются, дык в 9:45, а в 8 редко, и кто ж на них в 8 ходит. Впрочем, весной уже и 9:45 тоже было удивительно раннее утро.
Сколько из тогдашних друзей-знакомцев и нынче в Питере? Не меньше ль половины? Скольких нет уже? Но ведь и вправду, не одна жизнь с тех пор прожита...
Раньше деревенские люди друг друга узнавали, слово «земляки» было... А сейчас кажется – такое вот расплывчатое мы – одна деревня, расселённая по шарику... И вот всплывает – хоть с афиши...
Я встряхнулась – как-то вдруг расширилось поле зрения, – и увидела, что рядом с объявлением о концерте Dmitry Baevsky – фотография – мальчик с саксофоном – юная Лена поглядела на меня с неё...
